Повелитель тлена

Что выбираешь? – закончил полицейский шантаж на мажорной, с его точки зрения, ноте.

Выбираю? По-моему, выбора-то как раз мне и не оставили. Или арест и рабство, или роль бессловесной игрушки, временного развлечения для этого мерзавца. Другими словами, все то же рабство.

Мысли метались, словно пойманные сачком мотыльки. И среди них – ни одной путной, способной указать выход из безнадежного положения.

– Ива-а-а, – темно-зеленые глаза полыхнули нетерпением. – Выбирай: или редкие встречи со мной (Тауруш не так уж и часто приезжает к нам в гости), или тюрьма.

Интересно, Истер он тоже отправит за решетку, если я не соглашусь прыгнуть к нему в постель?

– И не бледней так. Вот увидишь, тебе понравится, – самодовольно пообещал высший.

Сомневаюсь…

– Сколько тебе лет?

– Двадцать.

– Ну вот, уже большая девочка, – проговорил маг с такой интонацией, словно упрекал меня в неуместном страхе. – Ну так что, Ива, мы договорились?

Кивнула, понимая, что согласие – это еще и отсрочка, возможность выиграть время, чтобы все хорошенько обдумать.

Мы все будем там ночевать.

– Умница. – Полицейский достал из кармана какую-то бумажку и сунул ее мне в руку, заставил сжать непослушные пальцы и только потом отпустил. – Явишься завтра вечером вот по этому адресу. Попросишь господина Квинтина Торсли. И повторяю, пока ты здесь, не вздумай больше пить эту дрянь. Я хочу ощущать твои эмоции.

Кончиками пальцев приподняв за подбородок, маг заглянул мне в глаза и, прочтя в них что-то, что ему явно понравилось, довольно усмехнулся.

– А теперь иди, куколка. Мне еще нужно поговорить с Истер.

Просить дважды не было необходимости. Подхватив с пола шаль, я выскочила на улицу, кутаясь на ходу, и едва не сбила с ног подслушивающую актрису.

Пунцовая от ярости, она уже готова была наброситься на меня с кулаками. К счастью, расправе помешал вовремя подоспевший Тауруш. Мне он велел идти к костру, а Истер – умасливать своего любовника.

Прошипев проклятия, актриса шмыгнула в шатер. Не прошло и минуты, как оттуда послышались истошные вопли и истеричные угрозы прибить и меня, и его. Если посмеет еще хоть раз только посмотреть в мою сторону.

Я даже понадеялась, что господин Торсли сейчас плюнет на свою затею, лишь бы угомонить эту психопатку. Но, как вскоре выяснилось, плюнул он на нее. По крайней мере, прощались они холодно. Полицейский на Истер даже не смотрел, а она давилась злыми слезами.