Прелестная наездница

Проклятье! Мэгги слишком хорошо ее знает: раз Тея отказалась отвечать, значит, ответ был «да».

– Привлекательность не играет никакой роли! – упрямо заявила Тея, задрав носик.

Карета уезжала все дальше и дальше от ее любимого Алабастера. Девушка уставилась в окно, на ярко окрашенные осенние деревья.

– Ну хорошо, – проговорила Мэгги, не отрываясь от шитья. – И что сказал этот отвратительный человек?

Тея тяжело вздохнула.

– Он не только отказался мне его продавать, но и не разрешил даже посмотреть на него!

Мэгги удивленно подняла брови.

– Хм, это и вправду отвратительно. Что же ты ему такое сказала, чтобы так настроить против себя?

Тея поджала губы и наморщила носик.

– Почему ты считаешь, что это моя вина? Может, он просто такой гадкий?

Мэгги оторвалась от рукоделия и бросила на Тею долгий, в высшей степени скептический взгляд.

– Позволь напомнить, что я знаю тебя достаточно хорошо и не сомневаюсь, что в диалоге с виконтом Клейтоном твои фразы не могли не быть оскорбительными, причем настолько, что тебя выставили из дома, даже не позволив взглянуть на коня.

Тея неловко заерзала на сиденье. Мэгги, как всегда, права. С сожалением приходилось признать, что именно она так разозлила виконта, что он не разрешил ей увидеть Алабастера. Отчего она вдруг потеряла самообладание? Неужели виной тому только бездушный отказ виконта обсудить условия?

– В жизни не испытывала такой неприязни к человеку при первой же встрече! – заявила Тея.

Мэгги вздохнула.

– Ты так и не ответила на мой вопрос.

Тея нахмурилась, но лгать Мэгги не имело смысла.

– Ну ладно. Вроде бы спросила, нормальный ли он.

У Мэгги отвисла челюсть.

– Да он же вел себя совершенно безрассудно! – огрызнулась Тея. – Вот я и решила, что он псих.

Мэгги покачала головой.

– Потому что не захотел продавать тебе коня, за которого заплатил бешеные деньги на аукционе? Это его право.

– Но я предложила ему двойную цену, – возразила Тея, словно это все объясняло.

Глаза Мэгги стали огромными, как блюдца.

– Двойную? Двойную от чего?

– От цены, уплаченной им на аукционе. – Тея отвернулась, не в силах смотреть на осуждение в глазах Мэгги, признаваясь в собственном безрассудстве.

Мэгги понизила голос до еле слышного шепота.

– У тебя нет таких денег.

Тея провела пальцем по окну.

– Я это знаю, но он-то нет. Какой безумец откажется от такой суммы? – Она неуверенно взглянула на камеристку.