Рабыня порока

 – И пастор наравне со своими дочерьми учил ее читать и писать, а также обучал ее музыке и танцам… Вы видите, Марта – образованная девушка, несмотря на свое происхождение…

– Да, да! И она умеет обходиться с людьми и говорить с ними, – закивав головой, согласился гость, начавший этот разговор.

– А как же она попала к нам, в Мариенбург? – спросил ее другой.

Но тетка Гильдебрандт сама ответила на этот вопрос.

– Да ведь пастор-то Глюк скоро умер. Не везло девочке в ее детстве. А в это время в Ливонии разыгралась война между царем и шведами, и молодым девушкам стало опасно оставаться в стране, наполненной солдатами… У пастора было много друзей, и они предложили его дочерям отвезти их в Финляндию.

– Ну вот, как это хорошо! – с удовлетворением сказал один из собеседников.

– Да… – кивнула головой старуха. – Но предложение это обошло Марту. Они соглашались отвезти в Финляндию только дочерей Глюка, но не ее.

– Ну, уж это было с их стороны невеликодушно, вовсе даже не по-христиански…

– Что делать! На свете ведь не одни только добрые люди, почтенные господа мои!

– Так что же сделала Марта?

– А что же ей оставалось делать? Она, как вы знаете, девушка решительная и смелая.

Такова она теперь, такой и всегда была, с самого детства, как только рассуждать стала. Она еще издавна слышала от своей матушки, что в мариенбургском парламенте, в Пруссии, живет их родственник Кристьерн Рабе и что он содержит в городе таверну… вот именно нашу-то «Голубую лисицу». Марта, не долго думая, собралась и отправилась в путь.

– Это на нее похоже!

– Уж чего-чего она не вытерпела в дороге, проходя пешком по стране, опустошенной победоносными войсками. В то время, как она приближалась к нашему городу, она попала в руки двух шведов.

– Ах, Боже мой!

– Да, мой почтеннейший! И, конечно, ей не сохранить бы своей девической чистоты, если бы не вступился тут за нее родственник Кристьерна – ведь вот как устраивает Провидение, всеблагое и премудрое!.

. Родственник нашего Кристьерна оказался, как вы, конечно, знаете, братом пастора Глюка, и тоже пастор.

– Это ведь тот самый почтенный пастор, что живет в вашей гостинице?

– Тот самый. Он и привез девушку в Мариенбург в нашу таверну… Ну, Кристьерн принял ее радушно – детей у него не было, и он за несколько месяцев перед тем овдовел. Вот именно после смерти его жены, моей двоюродной сестры Берты, Кристьерн и пригласил меня в дом вести хозяйство таверны.