Наследие ушедшей цивилизации

– Я не хочу вступать ни в какие ряды, – заявила Марта. – Всё это попахивает переворотом.

– Может быть, – устало ответила Элайза и открыла дверь в залу.

Музыка лилась из-под виртуозных рук и смычков. Она наполняла всё помещение, окутывала своей, никому не ведомой магией. Девушки вышли из кабинета и встали в дверях, слушая музыкантов.

– Они все обречены, – тихо говорила Элайза Марте. – Следующее клонирование не даст положительного результата. Ребёнок будет или умственно отсталым, или просто инвалидом, или параноиком, каких немало в городе.

Сколько случаев суицида ты знала за последнее время?

Марта не ответила. Она знала их предостаточно.

– Человечество вымирает, – продолжала лидер пропавших без вести. – Так стоит ли продлевать агонию?

– Но и спокойно ждать смерти тоже нет никакого резона, – возмутилась Марта, – Вы же просто все умрёте один за другим, не оставляя после себя никого.

– Под «никого» ты понимаешь «самих же себя»? – Элайза манерно пожала худыми плечами.

– Но неужели ничего нельзя сделать? Неужели нет спасения?

– Да кто же его знает? – сказала с улыбкой Элайза, с улыбкой взглянув в сторону Анитси.

Марта тоже повернула голову. Анитси, всё ещё кутаясь в плед, досадливо поморщилась.

– Может быть, это наша рыжеволосая бестия с милой мордашкой? – Элайза подмигнула Анитси. Анитси скорчила рожицу.

Марта вскинула брови.

– А кем была Лора Роуз? – продолжала Элайза.

– Она была крупным владельцем сети институтов генетики, – почти прошептала Марта.

 – Так мама знает какую-то формулу? Она ничего не говорила. Но её историю о чудесном спасении во время взрыва рассказывают на всех семейных праздниках. Причём каждый раз с новыми подробностями.

Марта улыбнулась во всё лицо и весело закивала.

– Анитси – это ответ, – продолжала Элайза. – А решение мы пытаемся найти. У нас есть небольшая лаборатория, где я с помощницами работаю над генами твоей сестры. Но у нас пока ничего не выходит. Известно только то, что она самая здоровая, с мощным генотипом ириканка.

Такой генотип я за всю свою карьеру ни разу не встречала.

– Элайза, сколько тебе лет? – спросила слегка удивлённая Марта.

– Не так много, – засмеялась та. – Мне тридцать, но работаю с восемнадцати лет. Эта работа досталась мне по наследству, как Анитси.

Марта потупила взгляд. Музыка закончилась. Элайза и Анитси стали аплодировать исполнителям.

– А теперь, – Элайза взвела руки вверх, – прочь, плохие мысли.