Зачарованная тьмой

– Три волчьих клыка, крепящихся на челюстной кости. Символ нашей прародительницы Эржебет, заглавная буква ее имени.

– А еще символ чертового клана Габора, – лицо Кристиана искривилось в презрительной гримасе.

– В этом случае знак символизирует иное, – безмятежно отозвалась вещунья. – Так начинается имя девушки, с которой ты, Этеле, в скором времени повстречаешься. Первые буквы ваших имен одинаковы, у вас одна душа на двоих, – закончила, загадочно улыбнувшись.

– Что ж, я думал, будет хуже, – усмехнулся молодой человек.

 – Встречу с таинственной незнакомкой я уж как-нибудь переживу.

– Уверен? – с иронией покосился на друга Кристиан. Его б воля, на этом вечер предсказаний и закончился. – В последнее время ты отбрыкиваешься от любых отношений. Скольким ведьмочкам в клане заморочил голову и обломал надежды.

– Ну все, хватит паясничать, – осадила колдуна Йолика и придвинулась к нему поближе. – Теперь твоя очередь.

Кончик лезвия скользнул по коже, в сосуд заструилась кровь.

И снова вещунья впала в транс.

Мир вокруг перестал для нее существовать, сейчас имели значение только символы, зарождавшиеся на дне чаши. Проходили минуты, лицо Йолики оставалось бесстрастным. Только глаза, по мере того как она читала чужую судьбу, ширились от охватывающего ее ужаса. Не такого предсказания ожидала от нее Цецилия, не на такое будущее надеялся Кристиан.

Неожиданно женщина содрогнулась, будто от резкой, пронзившей тело боли. Глиняный сосуд выпал из ослабевших рук и покатился по полу, забрызгав кровью ковер и растрескавшийся от времени паркет.

– Йолика? – У Ясмин сжалось сердце от нехорошего предчувствия. Пальцы девушки непроизвольно затеребили бусины брелока, нанизанные на серебряные цепочки.

Гадалка печально посмотрела на темноволосого ведьмака:

– Я не смогла прочесть твоего будущего, Керестей. Прости. – После мучительной паузы добавила: – У тебя его нет.

Молодые люди не произносили ни звука, потрясенные ее словами.

Гнетущую тишину развеял требовательный крик Ясмин:

– Объясни! – Девушка кинулась к гадалке.

Самоцветы на цепочках, ударившись друг от друга, издали тихий, леденящий душу звук.

Колдунья невольно отпрянула. Вокруг Ясмин заклубилась сила, бусины у нее в руке продолжали плести свою дьявольскую мелодию. Наткнувшись на стол, Йолика остановилась и отвела взгляд.

– Дни его сочтены. Вскоре Керестей умрет.

Разум юной ведьмы помутился от ярости, цветные камни струились у нее между пальцев.