Требуется помощница, или Светлая против темного

Дрожащие пальцы то соскальзывают с экрана, то попадают куда-то не туда. Я стою и дрожу, хоть на улице, несмотря на поздний вечер, по-прежнему невыносимо душно. Так душно, что хочется сорвать с себя платье-удавку. Возможно, тогда получится дышать нормально, а не как сейчас – через раз.

Наконец передо мной приземляется аэрокар. Рухнув на заднее сиденье машины, прикрываю глаза и так и сижу, не шевелясь, снова и снова воскрешая в памяти увиденный кошмар.

Тёмные по своей природе ублюдки и сволочи, привыкшие получать всё, что им захочется, и пользоваться этим всем в своё удовольствие.

Иначе можешь закончить, как та бедняжка.

Боги, зачем вообще я туда отправилась…

Джен я застаю в той же самой позе, в которой она сидела, когда я уходила. Кажется, будто за всё это время она ни разу не пошевелилась. Будто в подругах у меня не человек, а синтана – робот, которые в последнее время стали неотъемлемой частью нашей жизни и нашего мира.

Они есть везде. В той же «Эррере» мне попалось на глаза несколько.

Почему я об этом думаю? Да йорг меня знает. Уж лучше думать о синтах, чем о мёртвой фее, свисающей с подоконника борделя.

– Ещё не спишь? – Я закрываю за собой дверь и стягиваю босоножки, только сейчас понимая, как сильно у меня ноют с непривычки ноги.

Не люблю каблуки, особенно такие высокие.

– Как прошла вечеринка? – спрашивает Джен бесцветным голосом.

Отблески экрана сейфота скользят по её лицу, выхватывая его из полумрака. Его и слёзы, оставившие на бледных щеках мокрые дорожки.

Джен опять плакала. Из-за этого мерзавца.

– Паршиво прошла. – Я опускаюсь рядом с подругой, беру её за руку и легонько сжимаю прохладные пальцы. – Ты как? Может, чего-нибудь хочешь?

Джен забирает руку, жмурится, а потом прячет лицо в ладонях.

– Хочу всё забыть.

– Со временем всё забудется, – неловко отвечаю я.

Я понятия не имею, как следует вести себя в подобной ситуации.

Йорги…

– Легко тебе говорить, – горько усмехается она.

– Джен, я…

– Что ты? – Ли нервно вскидывается. В её глазах я вижу злость и обиду, будто это я сделала ей больно, а не мерзавец Хорос. – Ты бы могла этот вечер провести со мной.