Игра вслепую

– Пока старая ведьма сообщит о нас Иррандиру, и сюда примчится вся его рать, – хмыкнул драгар. – Ты ведь сама утверждала, что она была союзницей герцога.

– Но именно Валфея показала мне, что этот ублюдок – убийца, – парировала я, сама не зная зачем защищая старуху.

– Так показала, что ты ни демона не поняла. А потом еще и поколдовала над твоей памятью. Тоже из лучших побуждений. – Последнее слово снова осталось за Янном.

Занятые препирательствами и выяснением, кто прав, а кто виноват, мы не сразу заметили, как позади нас что-то щелкнуло.

Один за другим камни стали исчезать, словно кусочки пазла, увеличивая зияющую черную дыру.

– Ну! Что я говорила? – победоносно посмотрела на драгара и, подобрав юбки, первой шагнула во тьму.

Что-то пробормотав, явно посетовав на то, что судьба-злодейка свела его со мной, солдат ступил следом. Мгновение, и камни сомкнулись, вернув стене ее первозданный вид. И как дежавю, впереди начали вспыхивать маячки, озаряя туннель тусклым светом и показывая путь к колдунье Роувэла.

Яннис настороженно оглядывался по сторонам, явно ожидая подвоха. Время от времени окликал меня, чтобы проверить, не потерялась ли я в дебрях туннеля.

– Не похоже, чтобы тебе было страшно, – заметил он.

– Мне столько раз приходилось испытывать ужас в Анрилине, что, кажется, у меня выработался стойкий иммунитет ко всем местным страшилкам. Знаешь, как говорят, человек ко всему привыкает.

– Человек ли? – отчего-то усмехнулся драгар.

Я было насторожилась, но спросить, что он имеет в виду, не успела.

Мы подошли к логову ведуньи, и все лишнее выветрилось из головы. Валфея, как и в первую нашу встречу, сосредоточенно колдовала над жертвенником, заставляя огонь рисовать силуэты странных фигур.

Помещение наполнял запах трав, к которому примешивалось нечто сладковато-терпкое и тошнотворное. В отличие от меня, Яннис не имел чести быть знакомым с колдуньей и теперь в ужасе таращился на сгорбленную старуху с пупырчатой, чуть зеленоватой кожей и огромными, словно у летучей мыши, ушами.

Ее скрипучий шепот разносился по подземелью, заставляя коленки дрожать, а сердце трусливо нырять в пятки.

И если драгар при виде колдуньи впал в ступор, то саму ведьму золотоволосый почему-то привел в бешенство.

– Я надеялась, что ты явишься одна! – зашипела старуха, с неприкрытой ненавистью косясь на солдата.

– Он свой, – попробовала ее успокоить. – Близкий друг Криста.

– Если мое присутствие тебе так неприятно, ведьма, то мы уйдем.