Пепел погасшей звезды

Пока шли, она то и дело украдкой поглядывала по сторонам, любуясь гостевым блоком «Геммы».

Рейн впервые почувствовал укол совести. Отправься он в ночь помолвки спать, сейчас бы все было по-другому. Здесь Шиона чувствовала бы себя в своей стихии, среди равных ей людей. Проводила бы время в удовольствиях и развлечениях. Была бы всегда рядом с ним.

Правда, мужчина быстро себя успокоил, рассудив, что в академию силой ее никто не тянул. Она могла бы просто все ему высказать, а не устраивать эту канитель.

Возле своей каюты Рейн остановился.

Замерцавший экран считал с его запястья код. Мужчина опустил руку и кивнул на соседние двери:

– Та комната предназначалась тебе. И, кстати, до сих пор свободна. В случае, если передумаешь.

– Меня моя каюта в МВА вполне устра… – Девушка запнулась на полуслове, когда половинки дверей раздвинулись и она увидела его номер.

С тоской оглядела просторное помещение, светлую мебель, огромную мягкую кровать с высокой кожаной спинкой.

– У тебя и окно в космос имеется, – завистливо выдохнула Шиона, заметив транслятор, занимавший чуть ли не полстены в расположенной прямо напротив кровати нише.

Рейн невольно заулыбался. Если бы у Таро имелось это, как она выразилась, окно, она бы просиживала перед ним часами. Уже успел заметить, с каким благоговением Шиона относилась ко всему, что было связано со звездами. Ее влекло к ним, будто она сама являлась одной из них. Маленькой прекрасной звездочкой.

Какое-то время девушка зачарованно смотрела на крупинки света, в беспорядке рассыпанные по черной глади космоса.

Потом встрепенулась, вспомнив, зачем сюда пришла, и стала оглядываться в поисках душевой.

Рейн коснулся сенсорной панели, и перед его гостьей открылась просторная, смежная со спальней комната. Наверное, вся ее каюта и та занимала меньшую площадь.

Показывая, где находятся полотенца, шарики с кремом, шампунем и прочей ерундой, Даггерти стал осторожно прощупывать почву.

– Предлагаю начать все сначала.

 – Мужчина на мгновение вернулся в комнату, чтобы взять из стопки рубашек одну для Шионы, и снова вошел в душевую. – Оставь академию, и все изменится.

– Изменится – это как? – решила уточнить дотошная Таро. – Ты совсем перестанешь волочиться за юбками? Или будешь верным только по праздникам? А может, мне с твоими любовницами понадобится составлять график? Чтобы потом не было взаимных претензий.

Даггерти поморщился, раздосадованный ее упрямством.