Пепел погасшей звезды. Отражения

Возвращались домой уже глубокой ночью, смертельно уставшие. Я даже отключилась во время полёта, а в себя пришла, когда Даггерти, стараясь не разбудить, вытаскивал меня из машины. Правда, осторожно это сделать у него не получилось. Совсем не романтично я стукнулась лбом о дверцу флаера, а Рейн потом ещё и тихонько выругался, окончательно выпав из роли сказочного принца.

Пришлось принимать вертикальное положение и топать в дом на своих двоих. Разувшись в холле, не чувствуя от усталости ног, почапала к лестнице.

– Ну так что, ко мне или к тебе? – принялся за старое коварный жених, когда мы оказались перед дверями наших спален.

Уточнил с невинным видом: – Просто полежим вместе.

– Ты ко мне, а я к тебе, – ответила сонно. Поняв, что сморозила глупость, добавила, зевнув: – Ну в общем, ты понял.

– Тогда хотя бы один поцелуй на ночь, – явно решил хитростью заманить меня к себе Даггерти. Заранее знала, что одним поцелуем тут не обойдётся.

– А передоза не будет? – Сжалившись, чмокнула его в щеку и, пока меня не схватили в охапку и не утащили в коммодорскую спальню с целью «просто полежать», быстренько шмыгнула к себе.

Надеюсь, в дверь он ломиться не станет. А то ведь с двоими – с ним и с собой – я точно не справлюсь.

Во второй раз едва не отключилась, стоя под душем. На автопилоте натянув пижаму, доплелась до кровати и с наслаждением нырнула под тёплое одеяло. Хотелось перед сном немного помечтать, вспомнить каждое мгновение, проведённое с Рейном, начиная с нашей с ним встречи и заканчивая возвращением с вечеринки.

Но стоило голове коснуться подушки, как я моментально отрубилась. Проспала до самого утра и наверняка валялась бы в кровати и дальше, если бы вдруг не почувствовала, что умираю от духоты.

Скинув одеяло, поняла, что тепло исходит от расположенного рядом объекта. А точнее, субъекта. Который дрых себе преспокойно, сграбастав меня в охапку и прижав к своей обнажённой груди.

От этой мысли стало ещё жарче. Шумно сглотнув, попробовала осторожно выбраться из плена радаманских рук.

Не тут-то было. Что-то недовольно проворчав себе под нос, Рейн придвинулся ещё ближе, явно намереваясь и дальше сопеть мне в макушку.

А вот у меня теперь сна не было ни в одном глазу. Попробуй-ка расслабься, когда рядом с тобой лежит полуголый мужчина, от одной лишь мысли о близости с которым срывает крышу. Прикосновение его горячей руки, по-хозяйски задравшей майку и вольготно устроившейся на обнажённом животе, рождало внутри предательское томление.