Невеста Стального принца. Охотники и чудовища

Вместе мы принялись их атаковать.

Одель сразу, мерзавка такая, отказалась.

– Он только и делает, что рычит на меня и гавкает. Не буду я ему кровь давать! К тому же его всемогущество знает, как лучше поступить. Если сказал, что вейр сам оклемается, значит, оклемается. Не хватало еще себя ранить. А вдруг потом шрам останется?!

Я закатила глаза:

– Ну какой еще шрам? Одель! Можно подумать, я тебя потрошить собираюсь. Так только уколю разок пальчик.

– Во-первых, раза точно не хватит, – хмыкнула Ротьер.

– Ну а ты что скажешь? – Паулина перевела взгляд на четвертую наину.

Та мрачно заявила:

– У вас получается, что я крайняя. У одной мать нэймесса, другая невинность потеряла раньше времени. – Марлен не сумела отказать себе в удовольствии поддеть соперницу. – Одель вредничает, Винсенсия непонятно чего боится. Я не стану за всех отдуваться и идти против воли его всемогущества тоже не собираюсь.

Как мы только ни пытались их уговорить – не вышло. Следовало уже спускаться, пока Мэдок что-нибудь не заподозрил, когда на лестнице послышались звонкие голоса, а вскоре перед нами появилась пятерка девиц. Одну из них я узнала сразу – наину, напавшую на меня в Зачарованном лесу. Лица других тоже показались знакомыми.

– Как думаешь, Поль, – шепнула я первой наине, оглядывая новоприбывших, – эти леди еще не успели потерять невинность?

– Ну-у, – задумчиво протянула рыжая, – тут уж как повезет. Некоторые Стальные намеренно ждут начала Охоты, чтобы уже потом начать подпитываться энергией от своих избранниц, если возникнет такая надобность. Другие, наоборот, ждать не любят и сразу хотят понять, что собой представляет каждая невеста. Как-никак это ведь выбор на целое столетие.

Угу, вот и отрываются до последнего.

При виде нас наины притормозили. Обменялись взглядами, притихли. А потом та, что на меня напала, русоволосая и зеленоглазая, чуть заметно усмехнулась и сказала:

– Мы-то думали, это приличное место. А оказывается, вон оно что… Даже не знаю, стоит ли нам здесь задерживаться, леди.

– Оно таковым и было до вашего появления, – оживилась Одель, в кои-то веки решив показать коготки и зубки.