Королева отступает последней

Оправдываться? А есть ли смысл? Пытаться его разжалобить? Опять же бессмысленно. Это ведь его величество. Вряд ли в сердце Великого способно зародиться что-то, хотя бы отдалённо похожее на сочувствие.

– Вы очень необычная девушка, Лайра, – продолжал скользить по мне взглядом император. – Любая другая на вашем месте уже тряслась бы от страха, или рыдала, или молила о снисхождении, а вы остаётесь невозмутимой. Удивительно!

Внешне. Внешне я, может, и была невозмутимой, в то время как внутри у меня всё дрожало, и мысль о том, чтобы расплакаться, была весьма заманчивой.

Но только не перед императором.

– И что мне прикажете с вами сделать, шиари Ноэро? – после невыносимо долгих секунд тишины снова зазвучал его ровный, показательно спокойный голос. – Как наказать за обман, за нарушение одного из основополагающих законов Эргандара?

Надо было отвечать, хотя бы что-то. Я вскинула взгляд и тихо произнесла:

– Делайте, что считаете нужным, ваше величество.

– Ваш брат знал о ваших талантах?

Неожиданная смена темы разговора застала врасплох.

– Нет, даже не догадывался. Рифер… он… Он не при чём! И тётя ни в чём не виновата. Я… я одна всем врала, всех обманывала. Генерал тоже не знал обо мне правду…

– А мой сын? – Император откинулся на спинку кресла, легко побарабанил по столу пальцами, снова меня рассматривая, вглядываясь в моё лицо, пытаясь получить ответ на свой вопрос, пока наконец не подытожил: – Знал.

– Не сразу догадался.

– Как вы обзавелись меткой, шиари? Как-то же вы проникали в академию. Беспрепятственно.

Мне совсем не хотелось рассказывать об участии Бриана в моей судьбе, о том, что фактически помогал преступнице, презренной ведьме, какой меня, наверное, теперь все считают.

И Вейнанд…

Ох, как же он меня сейчас проклинает.

– Лайра, начинайте наконец говорить! – Было видно, правитель теряет терпение. – Я так или иначе получу ответы на интересующие меня вопросы.

Интересно, под «пытать» он подразумевает «выспрашивать» или вот прямо пытать-пытать?

Угрозы Адальгера подействовали. Я вдохнула побольше воздуха и стала рассказывать. Пришлось признаться, что с меткой мне помог Бриан. Только приврала, что это я его уговорила, умоляла помочь мне, а он, как благородный шейр, просто не мог оставить отчаявшуюся шиари в беде.