Избранница стража мглы. Цветок из пламени

Страж оглянулся на свое отражение, но тут же поспешил отвернуться. Монстр в серебристой глади вызывал отвращение. Благо никто, кроме самого Морана, не видел демона. Касьена бы удар хватил, узнай он, какая дрянь засела в теле его молочного брата.

Засечь демона, к счастью, пока что стражи не могли. Но это был лишь вопрос времени. Пока тварь не проявит себя. Хотя уже сейчас она влияла на мага, делала его вспыльчивым и раздражительным. Или, может, причиной этого были минувшие потрясения.

Маркиз уже и не знал, что оказывало на него столь пагубное воздействие.

Почувствовав, как гнев обжигающей лавой растекается по венам, мужчина с силой сжал в руке бокал, наполненный янтарным кальвадосом. Хрустальный сосуд подернулся узором из трещин.

– Судя по тому, что ты вернулся один, разговор прошел не очень.

– Александрин выбрала самый легкий путь – во всем обвинила меня, – сухо обронил страж.

– Как это подло и непростительно с ее стороны, – саркастически заметил де Лален.

Не обратив внимания на иронию в голосе друга, чародей мрачно усмехнулся:

– Не такими уж и сильными были ее чувства, раз она так легко решила от них отказаться.

Де Лален откинулся в кресле.

– А чего ты ждал? Моран! Ей больно. Она чувствует себя обманутой. Действительно думал, что одного разговора и пары фраз извинений будет достаточно, чтобы она обо всем забыла и снова тебе доверилась? Дай ей время, и все у вас наладится, – не слишком уверенно закончил Касьен.

– Я дал ей три дня, – стоя у окна и пожирая взглядом утопавшую в зелени улочку, проглядывавшую сквозь кованый орнамент ворот, тихо сказал страж.

– Продолжай в том же духе, и она сбежит из Вальхейма, только чтобы тебя не видеть.

– И что ты предлагаешь? Я не могу бороться с Серен, сидя в демоновой деревне! – раздраженно произнес маркиз. – И оставить ее без защиты тоже не могу. Как она этого не понимает!

– А что же артефакт? Разве он не должен ее оберегать?

– Браслет защищает только ее силу. Сама же Ксандра по-прежнему в опасности. Ей следовало бы быть менее беспечной.

Де Лален задумчиво пожевал губами.