Осьмушка

Ёна отошёл озадаченный, вручил угощение пробегавшей мимо ребячьей шайке.

Сегодня Пенни как раз закончила с мытьём мисок после «людского» обеда. Думает отсидеться немного в Зелёном доме за своей занавеской, не попадаясь на глаза Марру или старшакам, а то им ведь дело недолгое – найдут занятие для шатающегося без дела новичка. Ага, отсидеться, не тут-то было! Ёна просовывает ушастую башку за входной брезентовый клапан:

– Уортон, идём скоренько, Скабс хрыка сыскавши, аккурат с цветочками!

Пенелопа знает, что от входа её не видно.

Про хрык она слышит впервые. Не то чтобы Пенни было вовсе не любопытно, но уж не настолько, чтобы вылезать из своего убежища.

– Не… я тут посижу.

Ёна мнётся, не уходит.

– Нынче на кошачьем посту старшаки вздыхали, мол, прибыточек-то всё отмороженный ходит, ровно не свой. Битый крепко, то ли что. А я тогда говорю: кто из нас тут не битый в хлюст?.. разве что маленькие. Ты это…

Пенни выходит, сердясь. Пристал тоже, не отвяжешься.

* * *

На крепком озёрном берегу зарастает молодым лесом давняя гарь.

Возле приземистого кусточка с невзрачными бледными цветами на тёмной зелени собрались почти все костлявые Зелёного дома, да ещё кое-кто из Жабьего. Улыбаются, будто у них там оказался по меньшей мере мешок золота.

Перед самым кустом сидит Скабс – на голове как обычно подвязана какая-то бабья цветастая косынка, глаза прикрыты, поперёк колен – выгнутый орчий нож-хорунш.

– Скабс у нас знатно травничает, – говорит Ёна тихонько. – Он всему сам у Тиса выучился, а тот от родителя перенял, от Грома Штырь-Печени. Скабс даже с хрыком ладит! Ни разочка ещё не было, чтоб запоровши.

Вскоре Скабс открывает глаза. Срезает с куста тёмный листочек, мнёт его пальцами, подносит к своему носу… оборачивается, процветая такой улыбкой, что кажется Пенни даже более трёхнутым, чем обычно.

– Хрык-душистый, – произносит Скабс так, будто отвечает Пенни на неспрошенное. – Злой, но добрый. Старшак сам говорил. Сердит в нём дух сидит, но теперь хорошо можно взять. В пору. Потом ещё только под Волчью луну можно будет, но тогда уж не для дела, а так – баловаться.

– Дух? – хмыкает Пенни.

– Отвечаю, – говорит Ёна. – Вон хоть у нэннэчи Магды спросишь. Она учёная, она почти то же говорила.