Веления рока

Семен разглядел его до самого дна и выпил сначала большую часть, потом, разглядев еще раз, – что осталось. Уравновесив таким образом душевное сомнение, он приступил к хозяйственным делам. Нашел во дворе совковую лопату и принялся бросать уголь в черное квадратное окно сарая. Через минуту к нему подошла Настя, тоже с лопатой, но Семен ее прогнал.

– Не бабье это дело, – сказал он, – иди воду погрей на горнушке, да погорячей.

– На улице уже прохладно, может, протопим печь углем? – спросила Настя.

Семен долго думал, в конце концов, ответил:

– Поступай как знаешь.

Настя из сарая принесла дрова и положила их на плиту. Потом она вытащила конфорки. Сходила в спальню за газетой, смяла ее и бросила в топку, накидала дров, открыла заслонку дымохода и зажгла спичку. Газеты загорелись. Сдвинув на место конфорки, она взяла пустое ведро и пошла к Семену. Он разогнул спину, опустил лопату на землю и спросил:

– Ты не узнала, где «камазист» это… работает? Узнала или нет?

– Нет, – ответила Настя, – а что?

– И номер машины не запомнила?

– Не запомнила, – смутилась Настя.

– Зря, надо было мне самому отловить его. Такого угля больше не увидишь. Я бы с ним договорился, чтобы он и на следующий год привез. У тебя же соображения не хватает.

– Что правда, то правда, ты угадал, – призналась с сожалением Настя. – Вот до этого я как-то не додумалась. Молодая еще, в другой раз учту. В общем-то, я еще могу узнать, где он работает.

– Как ты узнаешь? Где ты его теперь найдешь?

– Он сам приедет.

– Обязательно запиши номер машины, узнай, где работает. Тоже запиши, а то забудешь.

– Не забуду, – подставляя ведро, сказала Настя. – Сыпь.

Семен зачерпнул два раза, Настя с полным ведром угля пошла, а когда открыла дверь – ужаснулась: в кухне дым стоял коромыслом и валил из топки печи густым столбом.

– Боже мой! – Она выскочила на улицу и испуганно закричала Семену: – У нас пожар, все в дыму!

Семен бросил лопату и, опередив Настю, влетел в дом.

– Вот ты дура, совсем без ума! Сначала надо одну бумагу зажечь, поглядеть: есть тяга или нет? А ты видишь, что дымоход забитый, все равно напихала дров.

Заглушив огонь, он принялся вытаскивать почерневшие чурки, уже обугленные и краснеющие на ребрах. Они больно, как пчелы, обжигали пальцы. Семен дул на руки, тер ими о рубашку.