Сценарий. Исламский халифат II

На полюсе белеет снежная шапка, над которой мерцает зеленое сияние, а над сиянием, один за другим выплывают, блестящие от солнца, спутники. В посветлевшем небе над пустыней висят транспортные караваны похожие на провисшие гирлянды из сосисок. Они собираются в кривую очередь над парящей в небе таможней, собранной из разноцветных ящиков и контейнеров. Сбоку этого хлама торчит длинная башня мечети с золотым куполом. И словно все это происходит на земле, порывами ветра доносит молитву имама.

– Что, наторговали? – Криво усмехается Умм-Ма’шар, упираясь лбом в стекло.

– Не ко времени все начинается, ой не ко времени, – Шепчет он, – Хотя, если бы знать, когда оно, ко времени?

Борт баржи начинает сиять от утренних лучей. В черном небе показывается маленькое, как на теннисный шарик, солнце. Обращенная к солнцу сторона баржи вся проросла грязно-оранжевой травой, которая шевелится как живая. Над травой в холодном космосе кружится мошкара.

– Выросло за ночь, – Бормочет Умм-Ма’шар, и неожиданно испугано резко дергается назад.

Из-за края иллюминатора, в черном космосе медленно разворачиваясь, проплывает открытая консервная банка, вся обросшая тучей вечно голодных биосанизаторных мух, пожирающих что угодно.

– Нервы ни к черту, – Выдыхает Умм-Ма’шар, – Откуда тушенка?

Он вяло машет рукой и говорит, – Ну и пусть.

Где то в отсеках тяжело бьет молот. Баржа гудит как пустая бочка. Дрожат перегородки, звенят на полках стаканы. Умм-Ма’шар замирает.

Стук, так же прекращается, и становится слышно как под дверью скребутся.

– Карантин у них, – Беззлобно говорит Умм-Ма’шар в дверь.

У него болит голова.

– Это не мы больные, это вы больные. Это же очевидно, – Говорит он с трудом. Мысли его путаются. Умм-Ма’шар сильно трет глаза и принюхивается. Сквозь дверь из коридора тянет тухлым запахом.

– Мне тошно вас всех видеть и слышать, – Громко говорит он дверям и заглядывает под торшер, в котором жужжит муха.

– Не от кого мне здесь прятаться, – Хлопает он с отчаянием по столу, – Должен же быть какой-то выход из всего этого.

Становится тихо.

Камера движется по стене с содранной обшивкой. В сварных швах, мхом разрастается иней. Изморозью покрыт и весь, затянутый трубами и проводами, потолок. Показывается полка с вешалкой и ватником.

Внезапно снова что то ударяет в глубине баржи.