Сероводород

Он с сомнением посмотрел на габариты будущей Снегурочки, но ничего не сказал, хотя хотел возроптать, что прислан исключительно для того, чтобы всучить подарки и ретироваться из богоугодного заведения.

Сказать, что костюм сидел на нём как влитой, было бы большой ложью. Он смог запахнуть необъятный халат, но что делать с низом, совершенно не знал. Бордовый шлейф стелился по полу, а длинные рукава свисали до самых колен.

– Да, суховатый попался, – озабоченно вздохнула Снегурочка, потрескивая расползающимися на талии швами когда-то бирюзового костюма.

– Ремень расстегни.

– Зачем? – опешил Захар, ослабляя пояс.

Женщина сноровисто затолкала излишки ткани ему в брюки и подпоясала широким кушаком.

– Пойдёт, – удовлетворённо хмыкнула она. – Рукава подверни. Бороду вот только куда-то с прошлого праздника потеряли.

Она натянула ему шапку на голову и вручила посох – обёрнутую хрустящей фольгой штакетину.

– Вперёд!

– А подарки? – заволновался Захар

– Ах, да! – Снегурочка вернулась и вручила ему увесистый короб.

Он попросил её понести посох, и они тронулись в праздничный поход по длинному коридору.

– Что они у вас такие заморённые? – спросил Захар, когда они раздали книжки и игрушки, подходя к следующей двери.

Директриса смерила его презрительным взглядом:

– Да и ты упитанностью не блещешь. На казённых харчах не больно разгуляешься.

Бледные лица, серые тени и никакой радости в детских глазах.

– Николай, вставай! Дед Мороз тебя поздравить пришёл, – «снегурка» затормошила худенькие плечи под выцветшим байковым одеялом.

Мальчишка лет семи повернулся к Захару лицом.

– Ты чего, чувак, болеешь что ли? Не грусти, сейчас мы тебе лучший подарок найдём, – Дед Мороз запустил руку на дно коробки и вытянул упаковку со смартфоном – мечтой всех мальчишек. – Здесь безлимитный интернет на целый год, бери и радуйся.

Мальчишка тронул его за руку и едва слышно прошептал:

– Не надо.

– Валяй.

Он потянулся к уху Деда Мороза:

– Пожалуйста, заберите меня отсюда.

За стеной, в соседней комнате, раздался громкий смех и звуки падающих стульев.

Захар опешил:

– Как же? Я не могу, брат. Телефон-то возьми.

Мальчик опустился на кровать, снова повернулся к стене, натянув на себя одеяло.

– Подожди, дай мне подумать. Ты давно здесь?

– Не помню, – прошелестело в ответ. – Наверное, год или больше.