Страсти роковые, или Новые приключения графа Соколова

Гусев обратился к гостям:

– Позвольте за удобный столик-с…

Зверский аппетит

– Ну, Гусев, как твое заведение, процветает?

Трактирщик вопросительно глядел на Соколова:

– Какой там процветает! Сами временно живы, вот и слава Господу!

– Ты-то жив, а как посетители – от твоей кормежки ноги не протянули?

Гусев аж задохнулся:

– Как, как же можно! У нас кухня, может, на всю Белокаменную знаменитая, Егорову не уступим. Вот, Аполлинарий Николаевич, покушайте, сами извольте убедиться!

– Стало быть, и хорошие посетители заходят, коли кухня первосортная?

– Обязательно, ваше сиятельство! Порой замечательные личности изволят навещать.

Соколов хитро прищурился:

– Ну уж прямо замечательные…

– Так точно! Вот, к примеру сказать, полковник Гершау. Живет он по соседству и нам честь оказывает, заглядывает и кухню хвалит.

– Загулы устраивает?

– Этого сказать не могу. Теперь супруга его куда-то уехала, так господин полковник по холостяцкой жизни забирает ужин домой – уже какой вечер кряду.

– Счета большие?

Гусев умными глазами поглядел в лицо Соколова, тихо спросил:

– Вы, господин Соколов, понимаю, по делу?

– Правильно понимаешь, Иван Степанович. Какие у полковника заказы?

– Как раз на нынешний вечер лежит. Сей миг принесу.

Гусев, как всякий российский торговец, смертельно боялся полиции. Он дрожащей рукой протянул счет:

– Вот, позвольте любопытствовать! Господин полковник составил заказ на сегодняшний вечер: салаты – «Садко» из крабов и «Фантазия» мясной, семга двинская, севрюжка копченая, поросенок с хреном, осетрина заливная, солянка из осетрины – кастрюля малая, солянка сборная мясная – кастрюля малая, белуга паровая под белым соусом, котлеты телячьи, бифштекс с кровью натуральный, крутоны моэль с мозгами, на сладкое – яблоки бенье в кляре.

– Как ты полагаешь, один человек может все это съесть за присест?

– Это не то что человек, хищное животное в одиночестве не осилит – лопнет-с!

– Вот и я так думаю! – Пожал трактирщику руку. – О нашем разговоре молчок!

– Обязательно – ни-ни!

* * *

Соколов, радуясь счастливому ходу дел, вышел на залитую солнцем улицу. По Москве-реке плыла груженная дровами баржа. Бабы, подоткнув подолы и оголив бесстыдно ляжки, полоскали белье.