Без права на возвращение

А тем, что проверяли его на прочность, и вовсе дали «условку» …

– Пап, мы пришли! – через дорогу спешили к нему дочка с Наташей.

– Ну что? – спросил он. Глубоко внутри склизкой медузой всплывало волнение.

Жена улыбнулась и постучала его ладонью по груди:

– Доктор сказал, что пока повода для серьёзного волнения нет. Результаты анализов будут в понедельник, тогда и уточнят диагноз. А так – послушал, постукал, сказал, что может быть возрастной фактор или аллергический, не исключил фактор стресса. Таблетки с сиропом купила, будем лечить.

– Пап, в зоопарк пошли!

– Нет, без меня, – отказалась Наталья. – Пойду домой, пирог к вашему приходу испеку, надолго не задерживайтесь.

– Сама же говоришь, что редко вместе бываем, – поддержал Геннадий дочь. – Мы тебе поможем начинку сделать, когда вернёмся

– В другой раз, – жена отмахнулась и поспешила к дому.

– Ладно, мама, скоро придём, только Кешку с Марусечкой проведаем, – радостно отозвалась Дарья, утягивая его к машине.

Зоопарк встретил их задорной музыкой, льющейся из укрытых в листве деревьев динамиков.

Геннадий похлопал себя по карманам ветровки:

– Даш, мы с тобой что-то забыли.

Дочка наморщила лоб:

– Мороженое купить?

– И это тоже. Мы с тобой Марусечке орехи забыли взять.

– Эх, ну ничего, в следующий раз возьмём. Главное, мороженое не забыть, – рассудила Дарья, потянув его к толпе, где «распевался» известный всей городской детворе попугай Кеша.

Они подошли поближе. Дочь просочилась сквозь толпу зевак вплотную к Иннокентию, а Геннадий остался позади. Служитель зверинца, склонившись к попугаю, о чём-то тихо с ним разговаривал, а Кеша прислушивался, периодически топорщил перья на голове и почёсывал себя правой лапкой по затылку. Работник зоопарка достал коробок и осторожно почиркал спичкой о тёрку, что-то напевая ему при этом.

– Огней так много золотых

На улицах Саратова,

Парней так много холостых,

А я люблю женатого…

Раздался громкий смех и восклицания окружающей птицу толпы. Это насторожило Иннокентия, и он озабоченно замолчал, поглядывая на служителя.

– Продолжай, Кеша. Можно.

Попугай поёрзал на жёрдочке, нахохлился и чистым фальцетом продолжил:

– Ох рано я завёл семью.

Печальная история.