Без права на возвращение

Он помог ей во многих вопросах, а при очередной просьбе по разгребанию «авгиевых конюшен», спросил в упор, пристально глядя в глаза: «А Ваш-то какой интерес?»

Она не была ортодоксальной верующей, просто подошла к окну кабинета и, глядя на купола расположенного через площадь православного храма, перекрестилась:

– Нет у меня никакого интереса и быть не может. Вы должны мне поверить!

А через паузу добавила, кивнув головой на оживлённую улицу:

– Люди устали ждать, когда решится вопрос.

После того разговора у них сложились доверительные отношения, хотя встречи были редки и только по исключительным случаям.

Без стука вошёл прокурор. Насколько она была наслышана, он собирался уходить на пенсию. И хотя его стаж был выработан много лет назад, он продолжал работать. Это был уверенный в себе профессионал с серьёзным опытом и отличным знанием специфики территории. Не сказать, что они стали друзьями, но Анна Денисовна чувствовала его поддержку по многим спорным вопросам, правда, прокурор мог ей строго указывать и на её ошибки, при этом не скупился на эпитеты, которые она не решилась бы повторить вслух.

– Слушай, девонька, – сочным басом заявил он с порога. – Что ты мучаешь старика? Ты же мою позицию знаешь: хочешь закрыть полигон, я тебя поддержу. Меня уже домашние замучили с этой копотью. Но сделай это по- человечески, по закону, война нам не нужна. Ну что это за разборки? Ещё стрелять начните. Не даёшь ты мне спокойно на отдых уйти.

Анна Денисовна предложила ему присесть, и сама села за стол напротив.

– Кто же против, Вениамин Юрьевич? Я тоже хочу мирно решить. Ведь то, что они делают, ни в какие ворота не лезет, регулярно сливают нефтешламы, поджигают. Какой год смог над нами висит? То-то. Знаете, как горожане наш город называют? Черногорск! Все дома в копоти! Как же мне с ними не воевать? Я людям обещала…

– Уйми характер, девонька, – прокурор ладонью осадил привставшую из-за стола собеседницу. – Что ж ты, артиллерию, танки в бой бросишь? Автоматы уже были.

– Обложились они этими законами как китайской стеной ещё до меня. Так всё обстряпали, что почти брешей в их обороне не осталось.

– А ты ищи, ищи эту брешь. На то тебе ум и власть дана, а как найдёшь, мне покажешь, чтоб я тебя уберёг от шагов поспешных и неразумных.

Они помолчали.