Без права на возвращение

Через плечо на грудь свисала толстая коса, что для её возраста было редкостью. «Наши- то в деревне давно уже все косы порезали, сплошь «гарсоны и каре», не поймёшь, где девка, а где парень. А то, вот, ещё моду взяли выстригать буквы и рисунки разные. Сам днями видел у одной неприличное слово на башке. Буквы-то, они в голове должны быть, а не наружу торчать».

– А Вы, Николай Иванович, в гости или домой?

– В гости, дочка, – отозвался старик. – Внучку решил проведать.

И с гордостью добавил:

– В Москве она у меня учится, в институте.

– Билетики приготовим, отец, – проводник забросил пакет с постельным бельём на верхнюю полку, старик протянул ему сложенный вчетверо проездной.

– Так, все до Москвы. Чай, кофе? В туалете бумагу в унитаз не бросать, курить только на остановках. Хорошего пути, – напомнил он заученной скороговоркой и прошёл дальше по вагону.

Поезд набирал ход. В купе зашёл ещё один пассажир. Юноша азиатской внешности держал в руках три стакана с чаем.

– Тулкун. Толя по-нашему. Узбекский друг российского народа, – представил его Василий.

– Дедушка, Вам чай принести? – участливо спросил молодой человек.

– Нет. Спасибо, сынок, я же недавно из дома. Попозже попью, – отказался Николай Иванович.

– Так что, внучка? На кого учится? – придвинулся поближе сосед по полке.

– Философом будет, что-то по языкам.

– В МГУ? Наверное, филологом? – взглянув с любопытством, вопросительно уточнила Марина.

– А какая разница? Я ей предлагал на ветеринара выучиться. Или, хотя бы, зоотехника. У нас, кто был в деревне, все померли или разъехались. Вот тебе кусок хлеба, – но вспомнив, что бурёнок и овец пустили под нож лет двадцать назад, добавил. – А может и правильно, что уехала.

– Ну, не обязательно агрономом возвращаться в село. Можно и учителем, – предположил Василий.

– Я тоже так думал, да она мне говорит, что, мол, нет, дед, в ваш Мухосранск больше не вернусь. Ей теперь виднее. Да и правда, чего она у нас забыла? Школу, и ту закрыли, на автобусах возят детишек в соседнее село за десять километров. А так-то, разобраться, ни свет, ни заря, буди малого спозаранку. Какая ему учёба? Он на уроках засыпает.