Без права на возвращение

Сейчас здесь немноголюдно, никто не помешает ему полюбоваться этой вечной картиной. Так он настраивался на рабочий день независимо от погоды.

Говорят, что если поцеловаться на этом мосту, то будешь счастлив с любимой всю жизнь. Он раньше тоже так считал. А впрочем, может быть он и счастлив с Еленой? У него не было однозначного утвердительного ответа, так как не с чем было сравнивать, если не считать давнего юношеского мимолётного увлечения. Тогда он хотел летать. Но так не бывает! Нельзя же парить в облаках радости и страсти всю жизнь? С другой стороны, почему бы и нет?

Пётр Гаврилович похлопал ладонями по чугунному ограждению, кивнул украдкой Исаакию, как старому доброму другу.

Почему он выбирал для дальнейшего пути набережную Крюкова канала, а не улицу Труда, он и сам не знал. Так бывает, что при выборе двух равнозначных дорог, выбираешь ту, идти по которой «душа лежит». Его душа выбирала набережную. Тут в эту пору, почти совсем нет прохожих…

«Интересно, удастся ли ему сегодня поработать над монографией? Сессия окончилась, остались кое-какие «хвосты», кажется, два-три студента.

На кафедре торопят с диссертацией. Сами же твердят: «Пётр Гаврилович – на симпозиум, Пётр Гаврилович – в этот раз Вы представляете…». А работать когда?» Он уже забыл год последнего ухода в отпуск.

Позади осталась площадь Труда и Новая Голландия, потянуло свежестью с Большой Невы. Выход на Благовещенский мост был частично перекрыт и ему пришлось обойти временные строительные сооружения через сквер возле церкви.

Времени было достаточно, и он решил присесть на лавочку под сиренью. Зазвонили колокола. «Не спрашивай, по ком звонит колокол…»

Лёгкий бриз над Невой, снова напомнил ему, шагающему по Благовещенскому мосту, о временах беззаботной юности. Чуть ли не ежедневно, ещё студентами, они с Еленой садились вечерами на прогулочный катер и бороздили каналы города. На кораблике звучала музыка и, выходя на просторы Невы, из динамиков жизнерадостно разносилась песня в исполнении Леонида Утёсова:

– Весною незабвенною и я встречался с Леною,

И наш маршрут был трогательно прост:

Купив букет подснежников, влюблённые и нежные,

Мы шли всегда на Поцелуев мост…

Именно здесь, на просторе реки их охватывало чувство, что вся жизнь – праздник, и продолжаться он будет вечно.

Куда всё ушло? Каким северным ветром развеяло эту радость?

Свернув налево и, пройдя ещё пару сотен метров по 8-9 линии, Пётр Гаврилович поднялся по ступеням к парадной института.