Железная хватка графа Соколова

 – Ваше здоровье не пострадает?

– Если нынче же сбегу из этой юдоли скорби, то стану здоровее прежнего. – Соколов выглянул в окно. – Второй этаж – пустяки. Вот профессор Хрипун уйдет, и я – тю-тю.

В этот момент появился сам Хрипун. Он укоризненно покачал головой:

– День-два вам, Аполлинарий Николаевич, непременно следует побыть у нас. А вот эту штуковину, – он протянул «дрейзе», – графиня, пожалуйста, отнесите домой.

– Его место – под подушкой, у меня от него сны легкие, – сказал Соколов.

– Нет-с, у нас не стрельбище – иное учреждение.

 – Профессор Хрипун с высоты своего хорошего роста строго глянул на гостей: – Побудьте еще десять минут, а потом извольте пациента оставить в покое.

Страшный гость

Вскоре санитар безжалостно выпроводил визитеров. Но вечером, когда больница затихла, графиня вернулась к мужу: дежурный врач, большой почитатель гения сыска, позволил Мари остаться до утра: «Участие близкого человека – лучшее лекарство!»

Соколов держал в своей ручище изящные кисти супруги.

Он успел после ухода гостей вздремнуть, и теперь ему было приятно-радостно беседовать с любимой. Незаметно бежало время. На город опустилась ночь. В раскрытое окно вливалась сладковатая прохлада, волшебно струился фосфорный свет луны. Царила безмятежная тишина, даже птицы в саду смолкли.

Вдруг Мари, прилегшая рядом с мужем, привстала, настороженно прислушиваясь, прошептала:

– Под окном кто-то ходит!

Соколов сел на кровати, чутко улавливая звуки. И вот совершенно отчетливо раздался легкий стук, какой бывает, когда стремянку ставят к стене, чье-то приглушенное учащенное дыхание.

Граф здоровой рукой притянул Мари к себе, спрятал и укрыл ее за тяжелой оконной шторой. Сам мгновенно соорудил на кровати подобие спящего человека и отпрянул к стене.

В это мгновение в проеме окна показалась ужасная голова. Была она ужасной потому, что на нее была натянута черная маска с прорезью для глаз, на руках – перчатки.

Злодей осторожно спустился на пол. Крадущейся походкой направился к неясно видной в скудном лунном свете кровати.

Мари со страхом прижалась к плечу мужа.

Соколов все эти мгновения напряженно думал: «Как взять покусителя? Опрокинуть ударом ноги сзади? Оглоушить ударом кулака? Но в темноте легко промахнуться… Нет, плохо полицейскому, коли он с одной рукой да без револьвера…»

Тем временем злодей выдернул из-за пояса нож. Двумя руками он занес его за голову и, издав короткий звук «кх!», вонзил по самую рукоять… в волосяной матрас.