Это по любви

Да и к чему мне это, когда где-то там, в маленькой уютной кафешке на другом конце города, работает одно милое кареглазое чудо, так доверчиво заглядывающее мне в глаза каждый раз, когда появляюсь на пороге? Между мной и Звёздочкой ничего нет, но я не спешу. Хочу, чтобы для начала она научилась мне доверять. Чтобы не боялась, что обижу. Не обижу ведь. Кого угодно, только не ее. Но ту радость, что появляется в ее глазах при виде меня, просто не передать словами. Не знаю, к чему все это приведет в итоге, да только уверен, что отпустить уже не смогу.

Устало потерев переносицу, уговариваю себя подняться с кресла. Ненавижу новогодние корпоративы! Не-на-ви-жу! Каждый чертов год одно и тоже! Василий Сергеевич опять нажрется, Алла Георгиевна будет танцевать на столе, неприлично задирая и без того короткое платье, Лариса начнет клеиться, и все, абсолютно все, вспомнят, почему я так не люблю этот праздник. Мне не нужна их жалость. Зачем вспоминать то, что было сто лет назад? Рана ведь почти затянулась.

– Мне нужно найти кое-какие сведения о человеке. Попроси Сергея, пусть зайдет перед обедом.

– Хорошо, – делая пометку в планшете, соглашается Лариса, а потом многозначительно кашляет, и я нехотя поднимаюсь.

Вместе спускаемся на восьмой этаж, где собралась основная группа сотрудников компании – так называемые организаторы мероприятия.

– У вас пять минут, – машу рукой, падая в кресло во главе стола.

Честно? Дико хочется крикнуть, чтобы проваливали к черту со своим корпоративом! К чему это обезьянье представление? Неужели нельзя найти другой повод, чтобы нажраться и поприставать к коллегам противоположного пола? Тоже Восьмое марта или День Конституции.

Нет, раньше мне тоже бывало весело на подобных мероприятиях. Я любил предновогоднюю суету, покупку подарков, разноцветные огни и запах мандаринов. Пока однажды не застал свою невесту в туалете компании, весело прыгающую на моем заместителе в самый разгар торжества.

Может, сорвать праздник в этом году? А кто мне запретит? Я начальник. Совру, что урезали финансирование, и максимум, что нам светит, это шиш с маслом.

Уже почти открываю рот, как в кармане начинает вибрировать телефон.