Это по любви

– Почему? – склонив голову на бок, удивляется, но потом спохватывается и тихонько добавляет: – прости, не мое дело. Но мне правда очень-очень жаль.

– Ничего, – отставив чашку с недопитым кофе, поднимаюсь с места.

Достаю кошелек, но Звёздочка вдруг кладет свою тонкую горячую руку на мою и отрицательно мотает головой.

– За счет заведения.

– Не стоит, – привычно хмурюсь.

Пару мгновений смотрим друг другу в глаза, каждый не желая проигрывать, пока я все-таки не сдаюсь. Отвожу взгляд, позволяя себе крошечную вольность: сжимаю ладонь Звёздочки своей и, грустно улыбнувшись, направляюсь на выход.

– Спасибо за кофе.

В помещении пусто. Удивляюсь, ведь даже не заметил, чтобы кто-то входил или выходил, пока не понимаю, что над дверью просто-напросто отсутствует колокольчик.

– Гриш! – вздрагиваю, слыша голосок Звёздочки за спиной.

– Да?

– С Наступающим, – выпаливает девушка, после чего порывисто приближается, встает на цыпочки и оставляет на моей помятой, небритой щеке короткий поцелуй.

– Спасибо, – смутившись, киваю и выхожу, сразу же попадая в ледяные объятия вечерней метели. Холодно.

Подхожу к машине. Уже открываю дверцу, но что-то заставляет обернуться. Звёздочка. Сквозь большие окна вижу, как она кружится по залу, поднимает стулья и ловко орудует веником. Улыбается. Милая.

Интересно, далеко ей до дома? И не страшно так поздно разгуливать по городу одной? Решаю, что нужно дождаться и проводить. Нет, я не маньяк какой, просто… переживаю.

Прикуриваю, когда замечаю, что в помещении гаснет свет. Еще через минуту двери открываются, и крошечная фигурка в короткой синей шубке выскальзывает на улицу. Ни шапки тебе, ни шарфа. Дуреха.

– Замерзнешь, – Звёздочка подпрыгивает и резко оборачивается.

– А, Гриш, это ты… Следишь за мной? – оленьи глаза становятся еще больше, а я издаю короткий смешок и качаю головой.

– Пойдём провожу.

– Да тут недалеко, – мнётся девчонка. – Во-о-он тот дом, видишь? – указывает пальчиком на единственную высотку, горделиво возвышающуюся над стандартными пятиэтажками и облезлыми двухэтажными панельками противного жёлтого цвета.

– Пошли, – снова усмехаюсь.

– Ладно, – хмыкает Звёздочка.

– И все-таки, – прочищаю горло, посматривая на нее искоса, – как тебя зовут?

– Звёздочка, – упорная.

Ладно, и не такие крепости брали.