Русская сила графа Соколова

В настоящее время находится в Орловской губернской тюрьме.

Соколов удивленно поднял бровь:

– Повтори: когда арестован?

– Второго января 1912 года.

Сыщик повернулся к Хрулеву:

– Степан Степанович, у тебя в этих формулярах ошибок не бывает? Точно ли второго января?

– Наверное! Но вы можете уточнить.

– Тогда позволь воспользоваться твоим телефонным аппаратом. – Соколов повертел рычаг – вызов станции, снял трубку: – Барышня, дайте мне номер 12–01.

Тут же послышался ответ:

– Соединяю с Центральной пересыльной тюрьмой.

Хрипловатый голос, в котором Соколов сразу же узнал давнего знакомца – начальника тюрьмы Колченко, ответил:

– Слушаю!

– Николай Федорович, у тебя содержался арестант Леонид Кораблев. Скажи-ка, он когда поступил к тебе?

– Одну минуту, документы открою. – В трубке раздалось шуршание бумаги. – Аполлинарий Николаевич, этот самый Кораблев был доставлен второго января 1912 года в четыре часа пятьдесят минут пополудни.

– Так, говоришь, второго января? – Насмешливо добавил: – Николай Федорович, ты меня сегодня порадовал.

– Чем, Аполлинарий Николаевич?

– Алкоголем от тебя не пахло.

Начальник тюрьмы вздохнул:

– Чем телефон и хорош. Но нас тоже понимать следует. У нас, как у могильщиков, без выпивки нельзя – нервы лопнут. Мы ведь, между прочим, тоже люди… Чужие страдания нас за душу порой берут.

Закончив телефонный разговор, сыщик сказал Хрулеву:

– Напиши отношение, чтобы мне разрешили встречу с Кораблевым. Интересно, как он мог похитить икону, если уже четыре дня находился под стражей?

Начальник тюремного ведомства на сей раз безропотно повиновался – протянул разрешение, хотя это можно было делать лишь с разрешения прокурора.

…Через два часа Соколов садился в железнодорожный вагон.

Арестантские фантазии

В Орле Соколов пробыл совсем недолго. Была глухая ночь, но он разбудил дежурного офицера:

– Срочно доставь арестанта Кораблева в камеру следователя.

Офицер, молоденький подпрапорщик, угодливо улыбнулся:

– Вовремя вы, господин полковник, спохватились! А то ведь Кораблева послезавтра этапом на Сахалин отправляем.

– Да врет он все!

Минут через пять явился невысокий, в тюремной робе молодой мужик с плутовскими цыганскими глазами, с лицом серого цвета, который бывает у всех, кто долго сидит в тюрьме, с длинными обезьяньими руками.