Граф Соколов – гений сыска

Но прошло совсем немного времени, и это дело, поначалу казавшееся нехитрым, вдруг приобрело невероятный характер, вошло в историю криминалистики.

Срочный вызов

Перебравшись в Москву, Соколов вначале жил в гостиницах «Париж» и «Лоскутная», а потом стал снимать удобную шестикомнатную квартиру в только что построенном самом высоком доме столицы – номер 19 на Садовой-Спасской. Чуть прежде приобрел в Мытищах барский дом с обширным запущенным парком, куда в летний период спешил каждый выходной.

Вот и теперь, со старинным томиком стихов Державина, которым горячо восхищался и многое помнил наизусть, в тихий августовский послеобеденный час, Соколов прогуливался по широкой, полной сухого желтого света аллее.

Два ряда толстенных сосен, облитых янтарной смолой, стояли как гвардейцы на смотру. Среди птичьего гомона чуткое ухо неожиданно уловило тарахтение служебного «рено» – могучего авто в девяносто шесть лошадиных сил. Подумалось: «Вот и кончился отдых…»

В просвете деревьев мелькнул крахмальный передник Анюты – смазливой горничной.

Она сложила бантиком губы:

– Что ж такое! Нам опять покоя нет. Вестовой Галкин прикатил…

И тут же, словно из-под земли, вырос парень: весь в кожаном, пыльный, на голове – шлем, на лбу – очки. Гаркнул:

– Происшествие! Николай Федорович сказал вас срочно доставить.

…Поднимая выше деревьев пыль, разгоняя кур и собак, вытрясая душу, спортивный «рено» запрыгал по грунтовой дороге. Отмахав шестнадцать верст, лихо подрулил к дому номер 5 по Большому Гнездниковскому.

Особое задание

– Ну, черти вас задери, чего дергаете? – гремел Соколов, вырастая в кабинете начальника сыска Гартье.

Тот, как и все сыскари того времени, был в штатском. Это же в глазах полковника Соколова если и не было уголовным преступлением, то уж, во всяком случае, являлось крупным мужским недостатком.

– Не сердись, – ворковал Гартье, с восторгом относившийся к Соколову. – У генерала Лифарева – знаешь такого? – сына утром убили. Генерал – лицо влиятельное.

Лучше тебя никто с делом не справится. Фотограф Ирошников и медицинский эксперт Павловский уже на месте. Ждут тебя. Жеребцов тоже томится… С Богом!

Авто понеслось мимо зеркальных вывесок, богатых витрин, пестрой толпы прохожих в один из переулков Арбата.

Перламутровые пуговки

Коллеги радостно приветствовали Соколова. Великанообразный, с простодушным лицом младенца, Николай Жеребцов доложил:

– Убийца во всем повинился, протокол допроса подписал.