Тайна старинного портрета. Повесть

Третье – работает он недавно,

поскольку соболя этой породы вывели только лишь три года тому, а соглашение

подписано всего лишь одиннадцать месяцев тому назад. Отсюда вывод – искать

необходимо в Дубравке среди новичков. Я закончил.

– Могу поспорить с тобой, Виктор. – возразил Смирнов.

– Ну—ну, интересно, что у тебя, Валерий? – вопросительно глядя на товарища, оживился Саковский.

– Видишь ли, изучая более внимательно материалы протоколов осмотра места преступления, ты не мог не заметить, конечно, что гибель зверька и охранника

произошла примерно в одно и то же время.

– Да, я этот момент упустил, поскольку время здесь не играет особой существенной

роли. Ведь охранник мог скончаться часом раньше, или часом позже,

зависимости от ранения.

– Так вот из заключения медицинской экспертизы бандитский удар нанесен прямо в

сердце охраннику и смерть наступила почти мгновенно, и одновременно гибнут

зверьки, значит, преступник был не один.

совершено двумя лицами, один из них старожил, я присоединяюсь к сказанному

Саковским, что один подолгу службы бывал на ферме, но не столь часто. А вот

второй тут уже нужно разобраться или новичок, или гость.

– Ну. И что ты решил, Валерий, кто же второй? – чуть иронически спросил Саковский.

– А ведь Смирнов прав! – вмешался полковник, —Их было двое. Об этом говорят

Факты преступления.

В кабинете полковника еще долго обсуждались мельчайшие детали предстоящей операции и только далеко за полдень сотрудники оставили кабинет.

Глава пятая

Лишь только первые лучи летнего солнца коснулись верхушек деревьев, и голосистый горнист иволга мелодичным свистом известила сонный лес о приходе утра, Алеся, гремя ведрами, заботливо обходила клетки молодняка, заполняя кормушки питательным кормом. Зверьки суетливо заметались по клеткам в ожидании своей очереди корма. Девушка ласково обводила глазами зверьков, ждущих с нетерпением корма.

– Ах, вы мои голодненькие! Сейчас, сейчас, Сема, Кузя, потерпите. – Она давала соболям имена и заговаривала с ними, как с понимающими зверьками человеческую речь.

– Мышка, а ты чего такой грустный? – спросила она очередного зверька, озабоченно осматривая крайнюю в ряду клетку. Соболь, забившись в угол, настороженно смотрел пуговками блестевших глаз, не подавая признаков аппетита.