Следуй за белой совой. Слушай своё сердце

– Когда-то у меня был русский парень, он был заядлый рыбак. И постоянно рассказывал байки об этих рерихах.

– Жерехах!

– Какая разница, жерех, рерих… – скривилась Нэша.

Альбер поймал себя на мысли, что не может разобрать – придуривается ли она или просто настолько непосредственна.

– Как можно бывать в Наггаре и не знать Рериха? Там же на каждом углу указатели с его именем. Там музей и дом, где он жил со своей семьей.

Нэша непонимающе молчала. Альбер поучительно покачал головой:

– Николай Рерих – это русский философ, художник и ученый, который в 1920-х годах объездил всю Индию и Тибет.

– Опять купился! – прыснула Нэша. – Конечно же, я знаю, кто такой Рерих, у меня подруга работает в этом музее.

– Потрясающе! – сыронизировал Альбер. – Ты, кажется, собиралась уходить?

– Ага, – бросила индианка и выпорхнула из бара.

Альбер еще несколько минут сидел, о чем-то раздумывая, потом встал из-за барной стойки и поднялся по лестнице, ведущей на второй этаж гестхауса с комнатами.

В его номере стоял душный полумрак, подернутый летящей внутрь сквозь открытое окно дымкой. Пахло отсыревшими досками и сандаловым благовонием, разжигаемым в комнатах каждый вечер хозяйкой.

Альбер, не включая свет, принял душ и лег на постель. В темноте ему чудились черные волосы Нэши и синие горы с картин Рериха.

Вскоре он провалился в сон и до самого утра спал, не просыпаясь и без сновидений.

Утром молодой человек собрал свой небольшой рюкзак, наскоро позавтракал и, заплатив хозяйке за постой и аренду старого, раздолбанного джипа, в котором к тому же не работал кондиционер, вышел на улицу.

В открытом кузове сидела Нэша.

– Че так долго спишь, красавчик? 7 утра! Я уж думала идти будить тебя. На Тибете так поздно не встают.

– Только одно условие, – вдохнул Альбер, залезая в джип и заводя его. – Поменьше говори в дороге, окей?

– Есть, сэр! – Нэша легко прыгнула на пассажирское сиденье и повернула к Альберу довольное лицо.

II

Фиолетовое свечение приближается, странным пламенем скачет по пледу, по сводам палатки, но стоит протянуть к нему руку, оно рассыпается на тысячи мельчайших частиц, пылью падает на землю.

От земли идет холод, веет вымерзшей сыростью, по босым ногам струится вверх стылый ледниковый мороз.