Подумаешь, попал

– Слушай друг, ты ведь знаешь, у меня в воскресенье день рождение, а ты в городе

будешь, возьми пару бутылок беленькой, вот деньги он полез в карман.

–Не надо остановил я его. – Возьму на свои деньги. Говоря, я почти не сомневался, что вряд

ли мы будем праздновать его день рождения. Как тебя будем теперь величать, спросил я его полушутя.

Парень улыбнулся. – Михаилом Потаповичем.

Я чуть не рассмеялся. Вот что Миша, ротный приказал нам ехать с оружием.

– Нет проблем. Дежурный достал из тумбочки журнал, ваш автограф.

В графе выдача оружия, я записал свою фамилию и расписался.

Михаил тем временем, отпер один из ящиков и достал кобуру, в ней наган.

Я сгреб, две упаковки с патронами.

– Зачем тебе столько?

– Ротный сказал, по лесам постреливают. – Да, Федорчуку тоже полный боекомплект.

Вооружить водителя было отсебятиной, но вряд ли ротный будет возражать.

Тут появился водитель. – Нам бы в столовку, обратился он ко мне.

–Хорошо Федорук, но сперва вооружись.

Тот пожал плечами, взял из пирамиды свой карабин, СВТ заметил я, их было среди винтовок всего три, когда он расписался.

– Подожди меня. – Я пошел в казарму, она была пуста, солдаты очевидно ещё не вернулись с пробежки, или чего там у них запланировано.

Моя тумбочка, как командира взвода, стояла обособлено, возле моей кровати. Одна, для одного. Сперва вытащил ящичек и достал несессер с опасной бритвой. На коробочке написано, что то непонятное на латинском языке.

Я, наконец- то увидел своё лицо, симпатяга парень. Уже неплохо. Коробочка, а в ней медалька, памятуя приказ ротного, прицепил на грудь. Теперь кроме комсомольского значка и Ворошиловского стрелка, что то значимое. Знать бы за какие заслуги, Виталик получил её, ясно что за финскую войну. Наградную книжку тоже в карман документ, туда же кошелек, купюры имелись, мелочь по привычке сунул в карман бридж, в самой тумбочке взял вещь мешок, на полочке мыльницу, одеколон тройной, сунул в вещь мешок, ни тапочки не

пару книжек не стал трогать.

Федорчук переминаясь, стоял на крыльце, за спиной у него, висел карабин.

Я же пристраивал кобуру с наганом на ремень. Федорук посмотрел на меня.

– Зачем они нам, сколько раз ездил, оружие не брал.

– Ротный сказал неподалёку, милицию обстреляли, даже кого – то ранили, соврал я.

– Тогда понятно.