Без права на ошибку. Книга третья

Тот тотчас же воспользовался предоставленным случаем, ускорил свой шаг, что догнать Ваську. Вскоре они поравнялись и уже вместе зашагали к вокзалу.

– Фельдфебель Виктор Лацис! – На немецком языке, говоря вполголоса, долговязый сержант представился Ваське.

– Мы что и в дальнейшем будем разговаривать на немецком языке? – Васька поинтересовался тоже на немецком языке. – Не опасно ли это для нас? Вдруг нас кто-нибудь услышит? Ведь, тогда нас тут же обзовут немецкими шпионами!

– Да, мы и есть немецкие шпионы! Правда, мы не совсем шпионы, лучше было бы сказать, что мы немецкие диверсанты! – Уже на русском языке, без какого-либо акцента, проговорил Виктор Лацис.

– А затем проинформировал бы Берлин, как я отреагировал на это твое приветствие! Не так ли, господин фельдфебель? – Предположил Васька.

– Так точно, господин штандартенфюрер! – Чуть ли не в полный голос гаркнул Виктор Лацис.

– Они тебя проверяют, Васенька! Об этом психологическом тесте я кое-что слышал. Берлин проверяет качество твоего или, что было бы более правильно сказать, качество моего знания немецкого языка! Этот фельдфебель также специально начинает громко говорить, провоцируя тебя на то, как ты будешь на это реагировать? Ведь, если Советы тебя перевербовали, то ты на громкость голоса можешь не обратить внимания! Мой тебе совет, продемонстрируй этому долговязому фельдфебелю истинный характер немецкого офицера! Заткни ему горло, поставь его на место! – Альфред Нетцке мысленно посоветовал Ваське.

Васька остановился, развернулся лицом к фельдфебелю и на немецком языке произнес короткую рубленную фразу:

– Фельдфебель, с этой минуты ты забываешь о существовании немецкого языка. Будешь на нем говорить только с моего разрешения! Ты меня хорошо понял, господин фельдфебель?

– Так точно, товарищ лейтенант! Впредь между нами не будет какого-либо панибратства!

И действительно с этого момента Виктор Лацис превратился в исполнительного русского сержанта, истинного бойца Красной Армии! Они дошли до здания вокзала, прошли оба его зала ожидания, до упора забитыми красноармейцами и гражданскими лицами.

Сердце Васьки тревожно забилось, когда он увидела усталые, заплаканные лица молодых и пожилых женщин, их вместе с детьми должны были куда-то эвакуировать. В ожидании отправления своих поездов они проводили время в залах ожидания вокзала.