Созданная для любви

Можешь передать это Пьеру.

Влад понял, что ни какие доводы её не убедят, и разжал руки. Когда Лялика уселась на место, он молча завёл двигатель и помчался в сторону дома.

– Можешь не бояться. Я буду здесь стоять, пока ты не войдёшь в дверь, – сказал он, тормозя у входа.

– Я ни чего не боюсь, – ответила Лялика, открывая дверь автомашины, но неожиданно Влад схватил её за руку.

– А где прощальный поцелуй?

Он потянулся к девушке уверенный, что она не устоит перед его улыбкой, но Лялика отпрянула, словно увидела перед собой монстра.

– Я тебя ненавижу, – тихо сказала она тоном, не оставляющим сомнений и не торопясь пошла в дом.

Глава 6

Лялика словно тень проскользнула в приоткрытую дверь и замерла, прислушиваясь к происходящему на улице. Услышав звук отъезжающей машины, она с облегчением вздохнула, и бесшумно поднялась на второй этаж. Под её ногой не скрипнула ни единая половица, и это радовало. Больше всего она боялась, что сейчас откроется дверь и выйдет Пьер. Он не даст ей покоя, пока она не ответит на все его вопросы.

Остановившись возле дверей его спальни, она прислушалась, но вскоре облегчённо вздохнула. За дверью тишина. «Пьер довольно много выпил и, скорее всего, спит» Говорила она себе, минуя длинный коридор, где в самом дальнем углу, находилась её комната.

Тихонько прикрыв за собой дверь, Лялика опустилась на постель, и устало прикрыла глаза. Образ Влада, словно нарочно возник перед глазами, а с ним и весь ужас, который ей пришлось пережить.

Включив тёплый душ, она намылила мочалку, и принялась стирать с себя семя Влада и собственную кровь. Она терла тело до тех пор, пока не почувствовала боль. Поняв, что ещё не много и с кожей будут проблемы, она откинула мочалку в сторону, и бессильно опустившись на пол, разрыдалась.

– Лялика, это что за звуки? – спросил Пьер, открывая дверь. – Господи, ты что, плачешь?

– Нет, давясь слезами, покачала головой она и подняла на него взгляд. – Я смеюсь…

Пьер не ложился спать. Это она сразу поняла. Он даже не переодевался. Так и стоял в дверях ванной комнаты в тёмном, вечернем костюме и светлой рубашке.

– Это он тебя? – равнодушно поинтересовался он, заметив припухшую щеку.