Любовь будет жить в веках. Книга третья. Катя

Глава 2

Уже несколько часов Лука держал девушку в объятиях и удивлялся себе. Малышка была слишком юна, но её тело будило в молодом князе то, чего и более взрослым женщинам редко приходилось разбудить. Он пытался гнать от себя мысли о соблазнительном теле, доверчиво прильнувшем к его груди, сосредоточившись на лесной тропе, но они вновь и вновь возвращались к Кате, которая с интересом поглядывала по сторонам, явно не догадываясь о его терзаниях.

– Почему ты так странно одета? – наконец не выдержал он, в очередной раз, пожирая глазами круглые девичьи колени.

– Почему « странно»?

– Даже маленькие девочки знают, что не прилично оголяться перед мужчинами. Неужели тебя этому не научили родители?

– Научили, просто я зацепилась за сук и порвала юбку. Не могла же я ходить в рванье? – не задумываясь, солгала девушка.

«Боже мой, ну как этому дикарю объяснить, что у нас мода такая? Да, кажется, я не очень хорошо подумала, когда загадывала желание. Что ж, теперь делать нечего. Придётся, как-то выкручиваться».

– Ты же говорила, что ни чего не помнишь, – ухмыльнулся Лука, подбородком касаясь головы девушки. От её волос исходил такой аромат, что у него кружилась голова.

– Я многое не помню, но кое что в памяти осталось. Скажи, а город далеко отсюда?

– Нет, скоро мы уже приедем.

– Правда?

Катя подняла голову и взглянула юноше в глаза. Для него это было последней каплей. Устав бороться с собственным желанием, Лука прильнул к девичьим губам. Он был уверен, что малышка испугается и покрепче прижал её к себе, но вопреки его мыслям, девушка ответила на поцелуй.

– Что случилось? – удивлённо спросил он. – Почему ты так странно себя ведёшь?

– Как?

Она старалась выглядеть равнодушной, но её голос дрогнул, когда Лука, заглянул ей в глаза.

– Минуту назад ты со мной целовалась и вдруг, стала от меня шарахаться. Я тебе не нравлюсь?

Катя молчала. Она отдала бы всё на свете, только бы ни когда не видеть этого странного юношу. Сам того не ведая он заставлял испытывать то, что она с таким трудом убила в себе. Её сердце начинало усиленно биться в груди от одного его взгляда, а от поцелуя, едва не остановилось.

«Боже, какая же я дура».