Любовь будет жить в веках. Книга третья. Катя

Чувствуя, что терпение на исходе, Катя с надеждой и мольбой смотрела на дверь конюшни, с нетерпением дожидаясь, когда же явится юноша и избавит её от этой напасти.

Наконец он появился, и Катя облегчённо вздохнула. Не обращая внимания на близнецов, она молча повернулась, и пошла на встречу Михайле.

– Ну, вот и всё. Теперь я могу отвести тебя на кухню. – Улыбнулся парень.

– Пошли, а то мне эти мальчишки прохода не дают.

– Да, с ними бывает не просто. А вообще то они славные. Думаю, что вы подружитесь.

Катя благоразумно промолчала, но внутри у неё всё кипело от злости.

Михайло открыл дверь и кивком головы, велел девушке следовать за ним. Молча, они прошли по мрачному коридору. Затем, несколько раз спускались по лестнице, и Катя, даже если бы сильно захотела, навряд ли нашла бы дорогу назад.

– Ну, вот мы и пришли, – сказал юноша, открывая дверь на кухню.

В большом помещении было тепло и очень уютно.

– Лукерья, тут князь Владимир прислал к тебе девчушку. Накорми её и приведи в порядок. – Громко прокричал Михайло, не отходя от двери.

Катя пыталась понять, к кому обращены его слова, но так ни кого и не увидела. Неожиданно из глубины помещения вышла полная не высокая женщина. Внимательно осмотрев девушку, она тяжело вздохнула и махнула рукой юноше, дескать, можешь ступать.

– Сейчас я тебя накормлю, доченька, а там уж посмотрим, во что тебе переодеть.

Лукерья направилась к плите, где готовилась еда и вскоре перед Катей стояла глиняная миска с мясом и большая краюха хлеба. Девушка ждала, когда ей подадут вилку, но так и не дождалась.

– Не стесняйся, ешь. А то уж очень ты худенькая. Даже смотреть страшно.

Катя положила кусочек мяса в рот и откусила кусочек хлеба. Женщина сидела с ней рядом и горестно вздыхала.

– Ох, Господи вот она доля сиротская. Сколько же тебе лет девочка?

– Пятнадцать, – солгала Катя.

– В жизни не подумала б, что ты такая взрослая. А может, ты мне соврала? – Лукерья хитро улыбнулась.

– Нет, – опустив глаза и отставляя в сторону еду, ответила Катя.

Вопрос женщины испортил и без того не очень то хорошее настроение. Есть, совершенно расхотелось. Напряжённо она ждала ещё вопросов, но Лукерья лишь ласково погладила её по голове.

– Не волнуйся, милая. Я ни чего не скажу господам. Ты ешь, ешь.