Аро

– Сахид, иди и позови дочь Рабины. Я буду говорить с ней.

– Моя госпожа сегодня чувствует себя лучше? – Осведомился пожилой мужчина, ставя возле постели больной, жаровню с только что, раздутыми углями.

– Где там… – отмахнулась старая женщина. – Я чувствую скорый конец и хочу, что бы девчонка забрала людей и отвела их туда, где родилась.

– А откуда она родом?

– Она оттуда, где громадные леса и не проходимые болота.

– Муара, она совсем молода и едва ли справится с такой ответственностью.

Сахид недоверчиво покачал головой. Он не боялся говорить своей госпоже, о чём думает, и на этот раз не скрывал, что её решение очень его смутило.

– У меня нет выбора. Эта девчонка уведёт с собой тех, кем я дорожу больше всего. Там, среди лесов и болот, мои люди будут в безопасности и смогут продолжить мой Род.

– А как же остальные?

– Сахид, не будь глупцом. Ты и сам знаешь, что стоит мне отойти в Царство Мёртвых, здесь начнётся такое, о чём и думать не хочется.

– Но твоим наследникам… – начал слуга, но Муара перебила его.

– У меня нет детей, ты это знаешь не хуже меня.

– А дети твоей сестры? – Сахид удивлённо взглянул на свою госпожу. Женщина горестно покачала головой и не довольно поджала губы.

– Ни один из них не может стать во главе Рода. Своим не разумным поведением, они уничтожат всё, что я с таким трудом создала. Ладно, хватит болтать. Ступай, и вели девчонке явиться ко мне.

Этот разговор отнял у Муары последние силы.

Сахид наклонился и заботливо прикрыл больную меховым покрывалом. Ступая тихо, что бы ни тревожить её покой, он откинул полог шатра и вышел на улицу.

Аро сидела возле костра вместе с несколькими воинами и слушала рассказ о гибели Рабины. Увидев Сахида направляющегося в её сторону, она вскочила на ноги, и склонилась в почтительном поклоне.

– Великая Муара, хочет говорить с тобой. – Слуга внимательно смотрел девушке в глаза, пытаясь понять, что нашла в ней повелительница.

Ни чего особенного в Аро не было. Не высокая, хрупкая девушка ни сколько не походила на воина. С виду она была слишком слаба, но это впечатление улетучивалось, едва в её руках оказывался меч.

Несколько раз Сахид видел её в бою и был твёрдо уверен, что она создана богами, что б нести людям смерть. В ней не было ничего, что свойственно женщине, ни жалости, ни сострадания, впрочем, как и у Муары.