Via ad Lucem. Начало

Возвращаться домой не было желания, и Даня бросился прочь.

Внимание привлёк шум.

Лаяла собака, слышались мужские голоса.

Даня на минуту замер и обернулся.

Вдалеке группа односельчан вместе с овчаркой искали его.

Школьник сразу понял это и кинулся в противоположную сторону.

Овчарка насторожилась и втянула носом морозный воздух, но не учуяла подростка, ведь от него уже не пахло человеком.

– Глядите! – сказал один из волонтёров. – Собаке явно что-то не нравится.

– Или кто-то… – пробормотал Василий Юрьевич.

Участковый пристально взглянул на него, однако промолчал.

– Даня! – крикнул Михеев-старший. – Даня!

В лесу, казалось, никого не было.

Стояла тишина, только изредка птицы взмывали в небо с хлопаньем крыльев.

Даниил, конечно, слышал, что его зовут.

И это раздражало.

Подросток вообще был весь на нервах.

Чувства обострились до предела.

Единственное, что хотелось в тот момент, – забиться куда подальше.

Он нигде не мог найти покоя.

Чудилось, за ним гонятся, следят.

От каждого шороха школьник вздрагивал и тревожно озирался. Наконец он остановился и перевёл дух.

Сердце едва не выпрыгивало, во рту пересохло.

Тут Даня напрягся, почувствовав непривычный запах, резко обернулся и увидел между деревьями в стороне зайца.

Всё его существо превратилось в слух и обоняние, словно он сам был зверем.

На симпатичном лице отразилась внутренняя борьба с собой.

Тем не менее животный инстинкт взял верх, и подросток кинулся на бедное животное, успел схватить и впился в него зубами, с наслаждением ощущая тёплую плоть и кровь.

Несколько мгновений заяц дёргался в агонии и, наконец, затих.

Помутнение прошло.

Даня будто очнулся от кошмара и с широко распахнутыми глазами и тихим вскриком ужаса отпрянул.

Из трясущихся рук выпало то, что осталось от зайца.

Мертвенная бледность залила щёки.

Сердце бешено колотилось в груди, мешая нормально дышать.

Осознание содеянного наступило слишком поздно.

Весь залитый кровью зайца, Даниил застонал:

– Что со мной?.

Отчаяние и ужас отразились в глазах.

Мотнув головой, школьник бегом, не разбирая дороги в сгустившихся сумерках, кинулся прочь. Вдруг он скатился в какой-то овраг и сжал голову руками.

Переполнявшие эмоции вырвались наружу, и тело Дани начало сотрясаться от рыданий.

Мальчику было невероятно страшно.

Но в глубине души он уже стал осознавать, прежним ему никогда не быть.