Тонкий огрех холста

– Именно в такие дни я обязан поддерживать свою боевую подругу и находиться как можно ближе. Если хочешь знать, мы обнаружили кое-что любопытное и…

Гайла замахнулась на подчиненного папкой, и Рэй с тяжелым вздохом поднялся из кресла.

– Когда-нибудь я подам на тебя жалобу за жестокое обращение, – заявил он.

– Жду с нетерпением, – кивнула детектив Хилборнер. – Особенно жестоко с моей стороны было отправить тебя в трехмесячный отпуск.

– И вернуть раньше срока.

– Я переживала за твои лидерские навыки и природное обаяние.

Рэй с демонстративным видом отодвинул кресло, но садиться не стал. Глянув на него, волчица заняла свое место и как ни в чем ни бывало открыла папку.

– Итак, что я пропустила? – осведомилась она. – Помимо боев без правил?

– Мы говорили о том, что картины не были закончены, – сказала Терри. – О том, что цвета на палитре, найденной у Софии Крейн, не соответствуют тонам ее автопортрета.

– Вы забыли про портрет маньяка, офицер Нур, – подала голос Виттория.

– Какой еще портрет маньяка? – спросила Гайла, не поднимая взгляда от документов.

– Знаете, я подумала… – Терри запнулась. – У Софии Крейн пропала палитра. А кисти Майкла Шоу? Все ли на месте?

Волчица захлопнула папку.

– И как ты намереваешься это выяснить?

– Пока не знаю, но, возможно, есть способ.

– Наброски из скетчбука, – добавил Рэй. – Он забрал набросок последнего автопортрета Софии Крейн. Не знаю, рисовал ли Майкл Шоу эскизы для своей картины, но в его скетчбуке ничего подобного не нашли, а на месте вырванных страниц могло быть все, что угодно.

– Он хочет дорисовать их картины? – предположила детектив Лейб.

Кит, увлеченно выводивший на листе для заметок складывающиеся в растительный орнамент линии – ничего художественного, зато помогает думать – невесело рассмеялся.

– Тогда ему придется здорово постараться. Вряд ли эти полотна в ближайшее время появятся на какой-нибудь распродаже.

– Он не хочет дорисовывать, – возразила Терри. – Он ищет совершенное несовершенство.

Виттория картинно захлопала в ладоши.

– Браво, офицер Нур. Я думала, что портрет маньяка – это самое глупое предположение, на которое вы способны.