Пророчество темной бабочки

 – И в какой момент ваша богиня решила, что настала пора перестать плодить новые души?

Летисия замерла с надкушенным персиком у губ.

– Никогда об этом не думала, – призналась она.

– А как насчет полукровок? Они ведь тоже оборотни, пусть и наполовину? У них душа волка – или душа человека?

– Да чего ты пристал с дурацкими вопросами? – начала злиться волчица. – Или я похожа на богослова?

– Я слышал, что вы верите, будто душа Семирукой Богини воплощается в женщинах-волчицах, – сказал Ливиан. – Это наделяет вас способностью обращаться в разных животных.

А порой и в людей.

– Вы сговорились, да? Может, заодно напомнишь о том, что я не совсем…

– Он имеет в виду, что в каком-то смысле этих слов ты тоже богиня, – пришел брату на помощь Деон. – И команда у нас подобралась что надо. Ах, Фелот. – Он поднял глаза к чистому голубому небу. – Помню те дни, когда гулял по его улицам, веселился на праздниках, приходя на площадь возле дворца патриция, пил вино из храма жриц Великой Богини и любил самых красивых…

Ливиан театрально покашлял.

– Не заходи в своих фантазиях слишком далеко, братец. Я бывал на пирах в честь полной луны, но не припомню, чтобы ты принимал участие в тамошних оргиях. Чаще всего сидел в стороне с кубком и наблюдал за весельем со стороны, тоскуя по утраченной любви.

– О, ну надо же, – в тон ему ответил бог-следопыт. – И как ты успевал смотреть по сторонам при учете того, что пара-тройка жриц доставляла тебе удовольствие одновременно?

– Я переживал за тебя, только и всего.

Хотел, чтобы ты перестал терзаться грустными мыслями и хотя бы разок оторвался на полную катушку. Черт, да иногда я сам чуть ли не силком тащил тебя с собой. А ты соглашался, но лишь потому, что хотел до полусмерти упиться вином и заткнуть проклятый голос. Ты всегда был странным парнем, Деон. Женщины бегали за тобой толпами, но ты ничего не замечал. Знаешь, что? Я думаю, что дело не в Царсине. Ты просто хотел пострадать. Страдания возвышают и придают твоему образу благородства.

– Мы всегда говорили на разных языках, Ливиан. И за две тысячи лет ничего не изменилось.

– Вот, снова драма. Твоя любовь к драме – одна из причин того, почему у вас с Царсиной так ничего и не вышло. Женщины – создания понятные и простые, брат. Нужно помнить о главном: они говорят одно, а думают совсем другое. Если женщина говорит о романтике, на самом деле она хочет, чтобы ты вел себя как…

Деон швырнул в корзину нетронутый плод инжира и встал.

– Ну хватит.