Ночь, когда она умерла

– Я думаю, ты понимаешь, Изольда, что все должно было быть совсем иначе. Ты не должна была ехать в этой…

– Но, тем не менее, я оказалась там. Хочешь посмотреть, что ты сделал?

Билл поднял руку в успокаивающем жесте, но я уже поднялась с кресла и сорвала с лица вуаль. Несколько секунд он разглядывал мое лицо, после чего снова подался вперед и попытался прикоснуться к моей щеке.

– Убери руки! – Я сняла перчатки. – Вот во что превращается все, к чему ты прикасаешься! А ведь у тебя были благие намерения, да, Билл? Ты до сих пор в этом уверен? Что же ты молчишь? Давай, скажи мне что-нибудь для того, чтобы меня утешить! Что-нибудь про чудеса, которые делают пластические хирурги?

Билл молчал, неотрывно глядя на меня.

– Изольда… – наконец, начал он.

– Тебе нечего мне сказать, правда, Билл?

– Я сожалею, я на самом деле сожалею, но ведь ты знаешь…

Я сделала круг по комнате, остановилась у него за спиной и положила руки ему на плечи.

– Ко мне приходил Саймон, – проговорил Билл абсолютно бесцветным голосом.

– Саймон искал меня. Верно? И ты сказал ему, где я. А потом Саймон пришел к Вивиану, и тот навестил меня.

Я не видела его рук, но могла бы поклясться, что он сжал кулаки.

– Не могу поверить, что я снова слышу это имя.

– В отличие от тебя, он не сделал ничего такого, за что его нужно ненавидеть.

Мне хотелось думать, что до него доходит смысл происходящего. Я почувствовала, как напряглись его плечи – и он уже хотел встать с кресла, но я погладила накрахмаленную ткань его рубашки. Как всегда, безупречно белой – создавалось впечатление, что он покупает новые рубашки каждый день, потому что они не могли оставаться в таком идеальном состоянии после нескольких стирок и жесткой городской воды.

– Чего ты хочешь, Изольда? – спросил он.

– Зачем же мне они, Билл? У меня достаточно своих денег.

– Тогда что тебе нужно?

– Я возьму все сама. Ты ведь знаешь, я всегда была самостоятельной девочкой.

Его шейные позвонки хрустнули коротко и сухо, и мне захотелось убрать руки – что я и сделала. Это напомнило мне школьные занятия по биологии и большой, в человеческий рост, скелет, который стоял у входа в класс. Однажды кто-то случайно задел его, и я наступила на позвоночник.