Место под солнцем

Если нет, будешь безвылазно сидеть в камере месяц. И не заливай мне про свое примерное поведение, Саркис. Не поможет.

Ливий сидел на больничной койке, скрестив ноги, и писал что-то в толстой тетради, обернутой белой кожей. Увидев Умара и шедшего за ним Анвара, он медленно отложил ручку и выпрямил спину.

– Добрый вечер, – поприветствовал Умар. – Мой друг не говорит по-итальянски, так что придется нам побеседовать на английском. Если у тебя возникнут проблемы, я переведу.

– Не возникнут, – ответил Ливий, не сводя взгляда с Анвара.

В его глазах не было страха, чего не скажешь об угрозе. Казалось, сделай тот еще один шаг – и юнец, не раздумывая, вцепится ему в горло.

– Доктор Самуэль сказал, что ты плохо говоришь по-английски.

– Нормально я говорю по-английски. Но это еще не значит, что буду болтать со всеми подряд. Ваш доктор мне не нравится. У него раздутое самомнение, тупое лицо и взгляд последнего тюфяка.

Английским он владел хорошо, если не считать интонационного акцента, свойственного уроженцам средиземноморья.

– Это Анвар, – представил спутника Умар. – Помнишь его?

– И буду помнить еще долго, даже если он надеется на обратное.

– Слышал? – начал злиться Анвар. – Я пришел сюда после ужина, хотя мог покурить себе спокойно и поиграть в покер, и вот что этот щенок мне говорит.

– Успокойтесь оба, – осадил их Умар. – Ливий, Анвар здесь потому, что хочет принести тебе свои извинения. И услышать от тебя то же самое. Мы уже обсуждали это с тобой сегодня днем.

То, что произошло между вами, было недоразумением. Я разъясню принятые здесь правила, и ты будешь их уважать.

Ливий перебирал в пальцах ручку, глядя куда-то в направлении окна, мимо собеседников.

– Ты начнешь первым, – продолжил Умар.

– Почему это? – тут же насторожился юнец. – Я никого не избивал. Все произошло с точностью до наоборот.

– Ты начнешь первым потому, что я так решил.

Ручка полетела на скомканное одеяло, следом отправилась тетрадь.

– Прошу прощения.

 – В тоне Ливия было столько яда, что им отравилась бы вся тюрьма, включая надзирателей. – Я был неправ, беседовал с вами недостаточно вежливо и больше так не поступлю.

Анвар неожиданно для Умара рассмеялся – тепло и добродушно.

– И ты извини, пацан. Я перегнул палку. Но иногда наглецов нужно ставить на место. А ты наглец, думаю, спорить не станешь.

Ливий взял тетрадь, проверил, не измялись ли листы, и провел ребром ладони по кожаной обложке.