Место под солнцем

Насир ответил после второго звонка.

– Тара скупила все платья в этом городе – или оставила хотя бы пару штук?

– Набрала целый ворох одежды и очень довольна, чего нельзя сказать обо мне.

– Ты должен был привыкнуть к такому, сопровождая Эоланту.

– Я не о магазинах. Позови, когда освободишься.

Ливий посмотрел на наручные часы, показывавшие начало второго после полудня.

– Можешь зайти через двадцать минут, а до этого распорядись, чтобы накрыли к обеду. Я сижу тут с шести утра и голоден, как последний черт.

– Уже иду на кухню. Еще что-нибудь?

– Да. Найди для леди Брике пару-тройку надежных охранников, поговори с каждым из них лично и объясни, что люди Фуада не должны переступать порог ее заведения. Если кто-то из них будет чересчур настойчив, можно вспороть брюхо. Вспороть брюхо, ты понял, Насир? Горло никто никому не режет и в лоб не стреляет. Я же не зверь какой-нибудь. Пусть не забывают, что Халиф не убивает людей на месте, а дает им второй шанс.

Брике, успевшая потушить сигарету в пепельнице, наблюдала за хозяином кабинета, сцепив пальцы под подбородком и неопределенно улыбаясь.

– Вспороть брюхо, – отозвался Насир. – Я понял.

– Позвони Адилю, у которого Аднан покупает вина, и попроси у него ящик золотого. Нет. Два ящика. Скажи, что я заплачу в ближайшее время, а пока он может просить о любой услуге, и я не откажу. Пусть их отвезут в заведение леди Брике.

– Боюсь, он до сих пор не расплатился с тобой за вторую жену, – рассмеялся помощник.

– Тогда передай, что я заплачу за один ящик, а второй закроет этот долг. Про оставшуюся часть мы забудем. Ах да, и еще кое-что, Насир. Распорядись, чтобы леди Гвендолен в больницу прислали букет цветов.

– Если не ошибаюсь, она любит белые розы?

– Не ошибаешься. Но на этот раз будут кроваво-красные. Пусть любуется ими и представляет тот момент, когда я сниму кожу с Фуада Талеба.

***

Тару Халиф нашел на балконе. Она стояла в тени, пила вино и любовалась морем.

– Не скучаешь?

Эльфийка обернулась. На ней было полупрозрачное платье из лазурного кружева, делавшее ее и без того восхитительные глаза ярче. Ливий прикинул, сколько стоил этот наряд, и каким количеством ящиков золотого вина – самого дорогого в Темном мире – он смог бы за него расплатиться, но решил, что нет смысла забивать себе голову такими глупостями.