Место под солнцем

Ливий присел на кровать и оглядел лежавшие на невысоком медном столике вещи. Стопка любовных романов, вычищенный мундштук, черепаховый гребень, баночки, применение содержимого которых знают только женщины, крохотная бутылочка французских духов. Он поднес к носу небрежно брошенные поверх книг лайковые перчатки, вдохнул знакомый запах и прикрыл глаза.

– У Эоланты отличный вкус, – похвалила из-за ширмы эльфийка. – Взгляни, как тебе?

Она подошла к большому зеркалу и всмотрелась в свое отражение. Длинное платье из пестрого иранского шелка сидело на ней ладно, хотя Эоланта была выше на несколько сантиметров, чуть шире в бедрах и уже в плечах.

– Прекрасно.

– Там есть еще одно, изумрудное… и коралловое, и малиновое! Я бы забрала все!

– Забирай.

Тара сделала несколько шагов к кровати и, остановившись возле столика, взяла из рук Халифа перчатки.

– Послушай, я серьезно. Я не хочу делать тебе больно. Можно оставить эти платья здесь. Или запереть в какой-нибудь сундук. Я не знаю, что с ней случилось, но тебе нужно время для того, чтобы с этим справиться.

– Это осталось в прошлом. Я привязался к ней, хотя знал, что моя жизнь не располагает к постоянным отношениям. Она была мне очень дорога. Мы через многое прошли вместе. У нее было много подруг, и она с радостью отдавала им свою одежду. Представь, что ты ее подруга.

Эльфийка вернула перчатки на столик.

– Я могу сказать, что ее грудь в два раза больше моей, и это меня расстраивает?

– Ты это уже сказала.

– Тебе нравятся женщины с большой грудью?

– В том числе.

– А с маленькой? Как моя?

– Тоже.

– Но маленькая грудь тебе нравится больше, верно? Она ложится в ладонь. Очень удобно.

Ливий улыбнулся и встал с кровати.

– Сварю кофе и буду ждать тебя на балконе.

Глава шестая. Эоланта. Прошлое

1962 год

Багдад, Ирак

– Садись. Нам нужно поговорить.

Начальник тюрьмы указал Эоланте на кресло возле своего стола, и она приняла приглашение.

– Слушаю.

– Надеюсь, твой отпуск прошел хорошо.

– Да, все было славно. Мы с девочками ездили на море и пили шампанское, любуясь закатом.

– Рад, что ты отдохнула. А я в это время занимался твоими мальчиками. Находящимися по обе стороны решетки. – Он выдержал драматическую паузу.