Место под солнцем

 – Я сказал этой сволочи, что работаю на Халифа – и буду работать на него даже в том случае, если он просидит в тюрьме еще целый век. Ты подобрал меня на улице. Научил всему, что я знаю. Благодаря тебе я стал мужчиной, который отвечает за свои слова и решает свои проблемы сам. Это для меня дороже всех денег в двух мирах. Кто-то продается – и это его выбор. А я не продаюсь.

Халиф протянул эльфу руку, и тот крепко пожал ее.

– Спасибо, сынок. Это лучшее, что я услышал за последние сутки. Кто остался с тобой?

– Нас мало, – вздохнул Насир.

– Десять-пятнадцать человек – это больше, чем ноль.

– Ты прав. Теперь ты вернулся, и все будет иначе. Вот только… – Он отвел глаза. – Они увели Эоланту. Прости, я не смог им помешать. Я был один против пятерых. Если бы…

Ливий успокаивающе потрепал его по плечу.

– Что было – то было. Прошлого не вернуть.

– У тебя есть распоряжения?

– Целых два. Во-первых, я хочу, чтобы ты собрал военный совет. У тебя есть сутки. Навести всех, кого нужно, и пригласи их ко мне. Если почуешь в ком-то сомнение, скажи, что я лично явлюсь к нему и убью. Как кровного врага или как того, кто теперь работает с Фуадом. Что, в принципе, одно и то же. Все мои люди знают, что я могу простить все, помимо предательства.

Эльф решительно закивал.

– Еду прямо сейчас. А второе?

Халиф достал из бумажника маленькое фото и протянул его Насиру.

– Я хочу, чтобы ты нашел этого мужчину. В последний раз мы виделись в Штатах чуть больше десяти лет назад. Тогда его звали Владимир Ковалев, он занимался финансовыми махинациями. Высокий, около ста девяноста сантиметров, каштановые волосы с золотыми отливом, светлая кожа, темно-синие глаза. Он обращенный, но внешность предпочитает не менять, женщинам она нравится. Последний бл… то есть, бабник со стажем. Думаю, он живет в Европе, скорее всего, в большом городе.

Насир бросил беглый взгляд на снимок и спрятал его в передний карман джинсов.

– Будет сделано. Что ему сказать?

– Передай, что Халиф ждет коды своих швейцарских счетов и с каждым днем промедления лишает девственности очередную темнокожую наложницу, которую для него приберег. Шучу, шучу, сынок.