Лучшая ведьма

Фан гуляла по замку до ужина. Я даже начала беспокоиться, не поймали ли мою пушистую помощницу. Или того хуже – не сдали ли алхимику. Импы считались в алхимии весьма полезными созданиями. Живодеры от магической науки почти уничтожили этих шкодливых и забавных существ. Оставшиеся в живых скрывались и любыми способами искали хозяев, чтобы остановить изменения формы и стать почти обычным животным. Многие действовали как Фан – обманом. Принимали наиболее приятный будущему владельцу облик и вынуждали помочь, вызволить из «беды».

После «спасения» имп уже не менялся, кардинально по крайней мере. Его аура становилась максимально похожей на животную.

Пока есть хозяин, имп в безопасности, он практически невидим для ловцов за вознаграждением. Ловцом мог стать любой, ведь алхимики щедро платили. Поэтому маленькие бесы выбирали хозяев особо тщательно.

В основном ими становились женщины. Если у ведьмы кроме фамильяра есть несколько питомцев – ищи импа, возможно, не одного. Но об этом владельцы волшебных созданий молчали.

Импы ведь не только заботливые друзья, но и магические существа. У каждого – свои способности. Фан, например, может пройти по зеркалам, не оставляя на них следов.

Если я рискну сделать подобное, появится трещина. А в замке обязательно найдется суеверный слуга, который начнет искать зло. Что тут скажешь, не только импы вынуждены скрываться.

Фан выпрыгнула из зеркала, когда в дверь гостиной постучали и девичий голосок радостно сообщил:

– Леди ведьма, я пришла сопроводить вас к ужину.

С каких пор горничные приходят? Обычно их присылают.

Фан показала мне грезу: высокая шатенка с серыми глазами, нескладная и милая, как подросший жеребенок пегаса.

– Леди Хлоя?

Имп мурлыкнула и запрыгнула ко мне на руки. Я открыла дверь и приветливо улыбнулась оригиналу. Не такой я представляла юную драконицу, способную отстоять свой брак с человеком, да еще и вдовцом. Видимо, лорд Эзраа души в ней не чает, раз согласился на помолвку. Правда, с условием, что помолвка состоится не раньше чем через полгода, после окончания траура лорда Уорнера по жене.

А свадьба – минимум через год. Но меня сейчас интересовали не математические подсчеты.

На ожерелье, украшавшем шею драконицы, я знала каждый камень. Каждую царапину, включая несколько помятых звеньев. Аметисты, хрусталь и серебро. Не слишком дорогое украшение. Но мастер, подаривший это чудо моей бабушке, умудрился выполнить его настолько виртуозно, что глаз не отвести.