Тадж-Махал

Когда служанка унесла тазик, она вновь надела браслеты на его ноги.

– Всю дорогу я мечтал о встрече с вами, – сказал Шах-Джехан и провёл рукой по волосам жены. – Мечтал вновь услышать ваш голос, дотронуться до ваших волос.

Она взяла руку мужа и, прижавшись к ней щекой, положив свою голову к нему на колени, запела о любви. Когда она закончила петь, Шах-Джехан тихо сказал:

– Каждый день я молю Аллаха только об одном, чтобы наша встреча длилась вечно, а если суждено нам умереть, то вместе и в один миг.

Покои Кандхари Бегум

В комнате был полумрак, горело только два светильника, остальные Кондхари приказала потушить.

– Госпожа, пришёл тот, кого вы ждёте.

– Пусть войдёт!

В комнату вошёл небольшого роста человек с бегающими глазками. Поклонившись, он замер, не поднимая глаз от пола.

– Долго же тебя приходится ждать, Саид!

Человечек посмотрел на Кандхари. В его тёмных глазах алым дьявольским светом плясали отблески огня светильников.

– Мои дела не терпят спешки, госпожа. Иначе может полететь много голов, в том числе моя и ваша.

Кандхари передёрнуло.

– Нашёл ли ты человека, который исполнит мою волю?

– Вся прислуга Мумтаз Махал предана ей, и найти человека, который бы предал её, трудно.

– Деньги могут всё! – Кандхари вытащила из шкатулки мешочек с золотыми рупиями и бросила его на столик. – Не скупись!

Саид не пошевелился. Она достала и бросила ему ещё один мешочек.

– Я найду такого человека.

Достав из-за пояса маленький хрустальный пузырёк, он протянул его женщине:

– Это тот яд, который вы просили, госпожа. Никто не заподозрит, что её отравили.

– Пусть он останется у тебя, – сказала Кандхари и бросила на столик третий мешочек. Человечек сгрёб со стола деньги и спрятал их в халате:

– Но убить её сейчас нельзя. Она носит под сердцем ребёнка.

– Да, – зло усмехнулась Кандхари, – это уже четырнадцатый ребёнок, которого она собирается родить!

– А убить невинную душу, – спокойно продолжал Саид, – большой грех.

– Я подожду. Но не днём больше! Если выполнишь точно в срок, я дам тебе в два раза больше того, что дала сейчас.

Глаза человечка расширились от изумления и алчности, и он склонился в низком поклоне.

Шах-Джехан ехал верхом, за ним несли паланкин с Мумтаз Махал.