Настоящий дракон

Значит, его чутье, в отличие от обманутого разума, не ошиблось.

И именно это чутье не давало записать Венетию в хладнокровные убийцы. Оно исправно напоминало про добрую и смешливую Вети, с которой Сандр вырос. Про его Вети, что защитила мужа, вызвав недра земли и рискуя своей жизнью.

И чтобы эта Вети стала…

Сандр не знал, как назвать существо, в которое превратилась Венетия. Когда он столкнулся с ее силой в пещере, было полное ощущение, что он пытается остановить саму землю.

Но главное – Венетия не погибла.

Он тепло улыбнулся, посмотрев на растрепанную головку, примостившуюся у него на груди. Мерит – хозяйка подлунных земель куда больше, чем сама считает. Не по силе магии, нет. По сути своей, по душе. И такая это душа, что, однажды встретившись с Мерит, не хочется ее отпускать.

Не отпускать. Поддразнивать и целовать, устраивать перепалки, ссориться и мириться. Будить поцелуем, вытаскивать из неприятностей, присматривать, оберегать. И быть с ней рядом… всегда.

Он закрыл глаза. От щемящей нежности, неведомой ранее, сворачивалось и ныло внутри.

Кажется, твое сокровище, Сандр, не только поймало и спасло тебя. Оно похитило и увезло в «башню». Наплевав на сплетни, на твое бурное прошлое. И выбираться из этой «башни» тебе не хочется. Потому что название стенам, что не держат, не тянут вниз, а дают крылья, – любовь.

Да-да, та самая любовь, в существование которой ты не верил. Не для всех, конечно. Для себя. С другими такое может случиться, но не с тобой. Ты же циничный, мудрый и знаешь о женщинах столько, что на целую армию хватит. И шкура у тебя толстая, не шкура – броня. Ни одной девице сквозь нее не просочиться.

Однако одна все же просочилась. Сначала в мысли, тихо и незаметно. Оттуда впиталась в кровь, разнеслась по всему телу, добралась до сердца, которое и заполонила.

Но понял ты, Сандр, ее слова лишь тогда, когда Мерит упала на камни с разбитой головой. И сразу нечем стало дышать, мир потерял звуки и запахи, окрасился в черно-белый цвет… Кроме одного пронзительно-яркого пятна там, где лежало неподвижно беспомощное девичье тело.