Стрелкотня

Спокойно, терпеливо, уверенно.

Совершенно не замечая, как Ната замирает от его прикосновений, так не похожих на те, что доставались ей от одноклассников, пытающихся навязать «отношения».

Ната появилась на секции последней – но однажды обязательно станет первой. Чтобы Кир посмотрел на неё… по-особенному.

С восхищением.

– На, выпей. – Кир суёт Нате бутылку воды, возвращая из странного ступора. – Это что у тебя, электронка, что ли?

– Ага. – Ната делает осторожный глоток. Дрожь постепенно проходит.

– Слушай, дай-ка…

Ната растерянно отдаёт сигарету. Кир вертит в руках… и делает хорошую затяжку. Мелкими порциями выдыхает ментоловый пар.

От мысли, что только что сигарета была у неё в губах, а теперь у Кира, Нату бросает в дурацкий жар.

Зато дрожь точно прошла.

Кир делает ещё одну затяжку и возвращает сигарету:

– Спасибо. – И добавляет, словно оправдываясь: – Нервы…

Ната поспешно кивает и бережно убирает сигарету в карман.

Кир отходит, говоря негромко, но резко:

– Оружие на предохранитель, магазины проверить, добить до полных.

– Ага, – мрачно отзывается Слава откуда-то из тёмного угла. – Там кулер у ресепшена есть вообще-то.

– Очень актуально, конечно, – саркастично отзывается Кир. – Эй, про оружие команда не для тебя была?!

– Иду, иду, – раздражённо бросает Слава, подходя. Огонёк его фонарика покачивается в такт шагам.

Ната послушно достаёт свой «чизет», выщёлкивает магазин… и тут её снова пробивает дрожью.

Пистолет вдруг перестаёт быть привычным спортинвентарём.

Это – оружие. Из него стреляют по людям.

Из точно такого же CZ-75, как у неё, возможно, стреляли те, в коридоре. Стреляли, чтобы убить!

Ужас залепляет внутренности клейкой ледяной массой.

Патрон – это не единичка счёта.

Патрон – это маленькая смерть.

Настоящая. Чья-то.

С трудом переборов отвращение, Ната загоняет магазин обратно – в её случае это пустая формальность, Ната не сделала ещё ни одного выстрела, – а внутри что-то продолжает то и дело спазматически сжиматься.

Добить во второй магазин три патрона, отстрелянные ещё во время упражнения – за целую вечность до этого! – удаётся с трудом. Пальцы дрожат ещё хуже, чем до разговора с Киром. Наверное, даже со стороны видно.

Как у наркомана, блин. Позорище… Только бы Дашка не увидела.

Спохватившись, Ната оглядывается по сторонам в поисках мелкой.