Перевёртыши

Муж во всех подробностях рассказал мне захватывающую историю о том, что белье его попросил купить коллега, потому что мы живем рядом с магазином, в котором подруга его жены приобрела себе чудесное нижнее белье. Оказалось, что размер у подруг одинаковый, поэтому коллега просто дал моему Борискину артикул, размер и фотографию нижнего белья. Валерка купил.

Мне ничего не оставалось, как поверить мужу. Однако неприятный осадок остался. И, честно говоря, периодически мешал жить, иногда напоминая о себе бессонными ночами.

И вот я увидела комплект нижнего белья на живом человеке. Он действительно офигительно смотрелся на стройной фигуре незнакомой девушки. Мне даже стало обидно, что зимой муж не предложил мне пойти вместе с ним посмотреть себе такой же. Я наверняка бы согласилась.

Между тем девушка, одевшись, вышла из раздевалки в холл, где стояли болтающие мужики. Легкомысленная красотка не потрудилась плотно прикрыть дверь, хотя рядом переодевались другие женщины. Я, как наиболее одетая, поспешила исправить ее оплошность и рванула к выходу.

Глядя, как они радовались встрече и целовались, я осознала, что в моей семейной жизни произошел перелом. Если зимой я лишь что-то подозревала и вынужденно поверила в сказку мужа про коллегу и его жену, то в бассейне я воочию лицезрела встречу Борискина с его пассией. И мне необходимо было принять принципиальное решение, продолжать ли жить с мужем, изменяющим мне с этой рыжеволосой длинноногой девицей, или подать на развод.

В бассейне я старалась держаться от мужа подальше. Но для него это не было чем-то удивительным. Валерка прекрасный пловец и шпарит по дорожкам с такой скоростью, что мне за ним не угнаться. Поэтому нормально мы увиделись после плавания. Он ждал меня на том же самом месте, где целовался со своей любовницей. Валерка как ни в чем не бывало обернулся ко мне, когда я вышла.

Вторую половину отпуска мы провели в Турции в гробовом молчании. Сначала Борискин делал вид, что ничего не понимает, и изображал поползновения узнать причину моего отчуждения. Пару раз он вполне натурально разыграл праведное негодование, орал, словно я ему изменила, а не он мне. Требовал объяснить ему, что со мной творится.