Формула счастья и везения

В который раз она удивилась благородству, с каким держался молодой маор, неповторимому изяществу его движений.

– Я очень рад, что ты прошла назначенное испытание.

– Если бы Вы только знали, как я этому рада, – ехидно отозвалась Алька.

Эйо снисходительно улыбнулся.

– Мне нравится твое отношение к происходящему. Не думал, что ты так быстро придёшь в себя. Пещера Молчания потому так называется, что надолго наделяет людей, близко познакомившихся с ней, мрачным настроением. Я знал одного маора, который после испытания Пещерой Молчания, не захотел разговаривать и потерял интерес к жизни.

– Не могу с Вами согласиться. Пещера излечивает от пессимизма. Как только подумаешь, что всё позади, крылья вырастают за спиной. Болтать всё время хочется.

– Пещера показала, что ты действительно маор душой и телом. Я сообщу об этом Совету.

Заметив, что девушка напряглась, Один из Трёх успокоил, сказав:

– Через несколько дней в Большом Храме состоится Церемония принятия тебя в племя.

– А если это место будет занято? Или не будет соответствовать моим склонностям?

– Духи не ошибаются!

– Но могут ошибаться жрецы, несущие волю Духов нам, простым смертным.

Эйо нахмурился.

– За всю историю племени не было случая, чтобы человек, направленный Духом, не справился со своим предназначением.

– Конечно! Ведь самоубийство не является у маоров преступлением, а самоубийцу не называют неудачником, который не справился с возложенными на него Духами Камня обязанностями.

К Алькиному удивлению Эйо не стал сердиться на её бесконечные возражения. Он несколько мгновений смотрел на девушку, а затем громко рассмеялся.

– Почему ты пытаешься заставить меня сердиться? – поинтересовался он.

– Возможно, мне хочется посмотреть на Вас, Соголон, в гневе, – осторожно произнесла она.

– Если человек впадает в ярость, то совершает ошибки, – серьёзно ответил Эйо.

– А другим чувствам Один Из Совета Трёх так же не позволяет себе поддаваться? – лукаво спросила Алька.

К её удивлению простой вопрос заставил Эйо смутиться. И тут Алька поняла, что этот облачённый властью и окружённый непререкаемым авторитетом человек, ещё очень молод. Ей почему-то стало неловко от своего вопроса.

– Я хотел поговорить об этом позже, когда ты окрепнешь, но, наверное, лучшего времени, чем сейчас у меня не будет.