ОСТРОВ под грифом 05

И в тот же миг Мих Мих во весь голос крикнул: Адочка, дочка, домой!

– Чур, меня! – киселём осела «фигура».

Придя в себя, она хотела погладить заступницу, но собаки и след простыл.

Пулей помчалась домой и деду о том, что с ней произошло, выложила как на духу.

– Это ангел-хранитель уберёг тебя от беды, – заключил он. – Таки дела…

Маму о случившемся решили не извещать, она с минуты на минуту должна была вернуться из города, куда раз в месяц ездила на книжную базу за новинками.

Чтобы унять внутреннее негодование от посягательства на собственное право идти своей дорогой в любое время дня и ночи, Ада раз сто повторила запомнившуюся строчку из журнальной статьи: в геноме индейцев пираха, видимо, полностью отсутствует ген насилия.

«Интересно было бы поговорить об этом с отцом, если не завтра, то хотя бы когда-нибудь…» – подумала она, и в тот же вечер решила искать на планете мирных, добрых, счастливых людей, писать о них статьи и книги, снимать сюжеты и фильмы…

*Счастье в правде…

«Зоология» – фильм о людях несчастливых.

Куратор практики Салтыков пригласил их посмотреть кино о хвосте, который вырос у сотрудницы зоопарка, и о том, как на этот конфуз отреагировали люди и звери, конечно, неспроста: решил протестировать своих подопечных.

И!

За осилившими второй курс студентами не заржавело…

– Хвост просто так не вырастет.

– Фильм не о хвосте, о любви.

– О том, что никто никого не любит.

– Потому что любовь психогенная революция, которая пож-жирает своих детей, – плотоядно заключила Татьяна.

– Плагиат, но с изюминкой! – уклончиво отреагировал на её слова Салтыков.

– Человек может управлять генами и становиться лучше с помощью слов, – пришла на помощь подруге Ада и весомо добавила, – у меня папа генетик.

– Управлять генами? – зеленоглазо уставился на неё куратор. – Господа! Наука нашла ответ на вопрос: как наше слово отзовётся?

– А куда деть тысячи тонн словесной руды? – округлила глаза Таня Танк.

– Есть сила благодатная в созвучье слов живых! – Лермонтовым по Маяковскому ударила староста группы.

– Хотел бы в единое слово я слить мою грусть и печаль, и бросить то слово на ветер, чтоб ветер унёс его вдаль, – тихо, но с чувством процитировал давно забытого поэта, безответно влюблённый в неё очкарик.