Жертва всегда соучастник

Я еще не понимала, что теперь всё в моей жизни будет иначе.

Терпение. Часть 1-я

6 лет назад

Я так и думал, что этим закончится. Кирилл никогда не отличался особым тактом и деликатностью. А Марго слишком наивна, чтобы понять, что он собой представляет. Или не наивна, а глупа. Или… Иногда мне кажется, что Марго гораздо умнее, чем хочет показать. И жестче, гораздо жестче. Но, возможно, это просто моя подозрительность. Уж больно легко она поддается на манипуляции. Или это я был так чертовски хорош и убедителен? Ха, я практически сам себе поверил – трогательный очкарик, почти признавшийся в любви.

В другой жизни – возможно, возможно…Марго по-своему привлекательна, если вам нравится такой тип: среднего роста, белокожая, с приятным, но незапоминающимся лицом. Рыжая – и цвет волос как будто компенсирует эту безликость. Но для меня важнее то, что она идеально подходит для моего плана.

Бывало ли в вашей жизни так, что вы ненавидели человека по-настоящему, до зубовного скрежета? Если вы ответили утвердительно – вы меня понимаете.

Кто-то, наверное, сказал бы, что все дело в зависти. Но нет, все намного глубже и сложнее. Да, Кирилл яркий. Именно так – не столько красивый, сколько яркий и обаятельный. Ему слишком многое сходит с рук, и практически всё, что у него есть, он получил незаслуженно. Кому, как не мне, это знать. Он – мой сводный брат, всегда вставляющий палки в колеса и успешно конкурирующий за внимание матери. «Ну пойми, Андрюша, ему тяжело, ведь он рос без мамы».

Я думаю, что многие на моём месте ненавидели бы отчима.

Кирилл никогда не был на него похож. Ни в чём. Там, где его отец проявлял терпение, Кирилл срывался на крик и тут же обвинял окружающих во всех своих неудачах. Там, где отец демонстрировал доброжелательность, Кирилл проявлял демонстративную агрессию.

Мы ненавидели друг друга с детства. Хотя, скорее, ненавидел я. Кирилл всегда относился ко мне слегка пренебрежительно, демонстрируя презрение и иногда даже брезгливость. Впрочем, при родителях мы чаще всего это скрывали. Мы вообще многое научились скрывать. В университете Кирилл, например, предпочитал не афишировать наши родственные связи, благо фамилии у нас были разные.

Думаю, он просто стеснялся.